Роза и лев


Элизабет Стюарт - Роза и лев читать онлайн

Элизабет Стюарт

Роза и лев

Событиям, описанным в романе, предшествовала трагическая случайность. Единственный законный сын короля Генриха Плантагенета утонул при кораблекрушении в ноябре 1120 года. Племянник короля — Стефан Блуа, — воспитывающийся при дворе, опоздал к отплытию «Белого Лебедя», отсыпаясь после ночной попойки. Принц и его блестящая свита, состоящая из молодых нормандских дворян, — все погибли, а пьяница Стефан остался жив.

После кончины Генриха Первого в декабре 1135 года дочь Генриха — Матильда — должна была унаследовать престол. Хью Бигот, самый могущественный и самый мятежный из феодалов того времени, объявил, что на смертном одре король изменил решение и вместо Матильды назначил преемником своего племянника Стефана.

С быстротой молнии Стефан Блуа прибыл в Лондон и, заручившись поддержкой архиепископа Кентерберийского, короновался в Вестминстере. Сторонники Матильды восстали и ввергли Англию и Нормандию в кровопролитную гражданскую войну.

Эту войну продолжил и сын Матильды — юный Генрих Анжу.

Преданный своими союзниками — Честером, Уорвиком, Лестером, потеряв при странных обстоятельствах старшего сына Юстаса, Стефан был вынужден признать Генри Анжу наследником престола.

Через год Стефан умер, и Генри стал королем.

Генрих Второй обладал властным характером и многими талантами, но в историю он вошел не как искусный политик, а благодаря своим сыновьям, которые прославили своего отца тем, что вели с ним бесконечные ожесточенные войны. Их имена помнят до сих пор — Ричард Львиное Сердце и проклинаемый всеми Иоанн Безземельный. В народе их прозвали «дьявольским отродьем».

Западная Англия. Ноябрь 1152 года

Ночь была черна, как душа ведьмы. Ветер хлестал в лицо колючими снежинками и гасил пламя факелов. Полдюжины тяжело груженных телег с натугой преодолевали смерзшиеся колдобины разъезженной за время осенних дождей дороги. Возницы проклинали несчастных лошадей.

Вооруженные рыцари плотной стеной загораживали обоз, готовые принять на себя вражескую стрелу, вылетевшую из темноты. Самые молодые и неопытные от волнения то и дело хватались за оружие или поправляли окоченевшими пальцами прикрывающие их щиты.

Он знал, что это путь без возврата. Отступления быть не может — иначе их всех ждет голодная смерть в пронизывающем до костей холоде нескончаемой ночи.

Стук копыт пробудил эхо, дремавшее в заледенелом лесу. Друг или враг? Рыцари обнажили мечи. Кто-то из возниц начал было произносить молитву, которую прервал простуженный кашель. Что ж — болезни тоже неизбежные спутники долгой войны. Неужели Господь немилостив к ним и их обнаружили? Боже, только не сейчас, когда они так близко к цели, путь к которой был так тяжел.

Одинокий всадник возник в тусклом отсвете факелов, подобно призраку. Он так резко осадил коня, что благородное животное протестующе заржало.

Возница передовой повозки чуть приподнялся на козлах. Он был одет, как простой солдат, только плащ, наброшенный на его плечи, казался хоть и потрепанным, но все же был добротнее, чем у остальных.

— Какие новости? — тихо спросил возница.

Всадник наклонился к его уху.

— Все люди расставлены по местам и готовы к сражению, милорд.

— Ты молодец, Джеффри. Твои слова ласкают слух. Я верю, что ты внушил им, как плохо нам всем придется, если они струсят. Обратной дороги нет.

Всадник оскалился в улыбке. Его крепкие белые зубы блеснули в темноте.

— Благодарю тебя, Джеффри, за все, что ты делаешь для меня, — добавил возница. Последние слова его прозвучали уже глухо из-под накинутого вновь на голову капюшона.

— Я стараюсь и ради себя, милорд. Мне тоже хочется получить свой кусок от пирога. Вас, милорд, ожидает большая доля, а я пока лишь ношу горсть английской земли в ладанке на груди. Если нам сегодня повезет и удача будет на нашей стороне…

— Удача? — не удержался от насмешливого возгласа возница. — Мы не можем полагаться на удачу, и даже на Божью помощь нам нечего рассчитывать. Если мы проиграем в этот раз, значит, всех нас ждет смерть. А если выиграем, то ты ухватишь не горсть, а жирный кусок английской земли. В эту ночь она перейдет из неправедных рук в достойные. Только побереги себя и останься в живых, Джеффри, чтобы насладиться добычей. Ты нужен мне, Джеффри. Я очень долго натаскивал тебя, как охотничьего сокола, и у меня нет времени, да и желания искать тебе замену.

— А я и не мечтал о другом господине, хотя многие расхваливали мои таланты и заманивали медовыми речами.

— Не влипни в сладкую паутину, малыш. Черт побери, она так крепко берет в плен, что вырваться из нее бывает очень трудно.

Возница внезапно разразился смехом, похожим на воронье карканье.

— А уж если все-таки влипнешь, то руби паутину мечом, сразу и без жалости. И еще один совет: более всего остерегайся удара сзади от закадычного дружка. Это мой тебе совет, может быть, последний, если я отойду этой ночью в мир иной!

Джеффри молча склонил голову.

— А теперь скачи назад и сообщи людям пароль.

— Какой, милорд?

— «Верность», малыш. «Верность»!

Всадник отсалютовал рукой в массивной боевой перчатке и растаял во тьме.

Обоз между тем продолжал свой путь. Каждая минута, приближающая их к цели, казалась часом и предводителю отряда, и его усталым оголодавшим воинам. И все же, когда лесная дорога вывела их на просторную пустошь, многих охватила робость.

Перед ними возвышались стены замка, каменная преграда высотой от земли до неба, одолеть которую можно лишь ценой щедро пролитой крови или хитростью.

«От предательства не спасут ни стены, ни крепкие запоры. Змея способна проползти там, где не пройдет рыцарское войско, и смертельно ужалить…», — подумал предводитель отряда.

Он высоко вскинул руку над головой, останавливая следующие за ним повозки. Его губы скривились в усмешке. «Теперь вновь придется ждать. Но что значат жалкие два-три часа, когда на ожидание потрачены многие годы?»

Джоселин пробудилась среди ночи и уже не могла вновь уснуть, даже завернувшись в теплое одеяло. Это была еще детская привычка — укрыться с головой и ощутить себя спрятанной в уютном гнездышке. Но шум во дворе замка проникал через толстые каменные стены и сквозь плотное одеяло, сколько бы она ни затыкала уши. Лаяли псы, захлебывались плачем разбуженные младенцы, мужчины отрывисто переговаривались хриплыми, простуженными голосами, а лошади стучали подковами о камни и встревожено ржали.

Вся эта какофония означала, что владелец замка собирается покинуть его надежные стены. Отъезд отца сулил ей несколько недель свободной жизни. После долгих и мучительных месяцев, когда ей приходилось страшиться собственного острого языка и укрощать свой бешеный нрав, она наконец сможет сбросить с себя тяжкие вериги и вздохнуть полной грудью.


libking.ru

Лев и Роза — Википедия

«Лев и Роза» (англ. The Lion and the Rose) — второй эпизод четвёртого сезона фэнтезийного сериала канала HBO «Игра престолов» и 32-ой во всём сериале. Сценарий к серии написал Джордж Р. Р. Мартин,[1] автор серии книг «Песнь Льда и Огня», по которой снимается сериал, а срежиссировал серию Алекс Грейвз.[2] Премьера состоялась 13 апреля 2014 года.[3]

Эпизод в основном фокусируется на долгожданной королевской свадьбе между Джоффри Баратеоном (Джек Глисон) и Маргери Тирелл (Натали Дормер). Остальные сюжетные линии включают в себя цель Дома Болтонов захватить Север и продолжающееся путешествие Брана на север Стены.

В Дредфорте[править | править код]

Рамси Сноу (Иван Реон) вместе с Вонючкой (ранее Теон Грейджой) (Альфи Аллен) и своей согревательницей Мирандой (Шарлотта Хоуп) охотится в лесу за молодой девушкой. Прибывший в Дредфорт Русе Болтон (Майкл Макэлхаттон) с молодой женой Уолдой (внучкой Уолдера Фрея) отчитывает Рамси за пытки и оскопление Теона, которого Русе планировал обменять у Железнорождённых на крепость Ров Кейлин, препятствующую армии северян вернуться на Север. Рамси заставляет Вонючку побрить ему лицо, желая показать абсолютную покорность Грейджоя. В процессе бритья Рамси предлагает Вонючке признаться Русе, что Бран и Рикон Старки живы, а во время захвата Винтерфелла он сжёг двух фермерских мальчишек вместо них. Рамси также рассказывает об убийстве его отцом Робба Старка, который был Теону как брат. Несмотря на всё это, Вонючка завершает бритьё Рамси без ущерба, доказывая тем свою благонадёжность. Русе отправляет Локка (Ноа Тейлор) на поиски детей Старков, приказывая убить Брана и Рикона, так как живыми они представляют угрозу его должности Хранителя Севера. Рамси предлагает ему также найти и уничтожить Джона Сноу, в котором также течёт кровь Старков. Русе обещает узаконить положение Рамси, назвав его Рамси Болтоном, если он, вместе с Вонючкой, захватит Ров Кейлин.

За Стеной[править | править код]

Бран (Айзек Хэмпстед-Райт), используя свои способности варга, через глаза своего лютоволка Лето в своих видениях настигает и убивает лань. Проснувшись от голоса Ходора (Кристиан Нэрн), Жойен (Томас Броди Сангстер) и Мира (Элли Кендрик) напоминают ему, что ему нужно научиться пользоваться и управлять своими способностями, и если он будет много времени проводить в сознании Лета, то может потерять себя и навсегда остаться в сознании лютоволка. После остановки у чардрева у Брана появляется видение трёхглазого ворона, его отца, дракона, летящего над Королевской Гаванью и его трагическое падение в Винтерфелле. В его видении он слышит слова: «Ищи меня, под деревом… север». Бран сообщает спутникам, что знает, куда они должны идти.[4]

На Драконьем камне[править | править код]

Мелисандра (Кэрис ван Хаутен) распоряжается, чтобы несколько из подданных Станниса (Стивен Диллэйн), среди которых брат леди Селисы (Тара Фицджеральд), сир Аксель Флорент, были сожжены ночью на костре в качестве жертвы Владыке Света. Во время ужина со Станнисом и Мелисандрой Селиса высказывает своё отвращение к её дочери, однако Станнис защищает свою девочку. После ужина Мелисандра общается с Ширен Баратеон (Керри Инргам), дочерью Станниса и Селисы, говорит о Владыке Света и том, что Семь Богов — ложные боги. Несмотря на свой юный возраст и замкнутую жизнь, Ширен не доверяет Мелисандре и осторожно общается с ней.

В Королевской Гавани[править | править код]

Джейме (Николай Костер-Вальдау) делится с Тирионом (Питер Динклэйдж), что он страдает из-за потери руки. Тирион советует ему тренировать левую руку и организовывает тайные уроки с Бронном (Джером Флинн). По пути на свадебный завтрак лорд Варис (Конлет Хилл) сообщает Тириону о том, что королева знает о Шае (Сибель Кекилли) и вскоре расскажет об этом их отцу, Тайвину (Чарльз Дэнс). Лорд Мейс Тирелл (Роджер Эштон-Гриффитс) дарит королю Джоффри огромный золотой кубок, Тирион дарит ему редкую книгу, а Тайвин дарит Джоффри второй выкованный меч из валирийской стали. Джоффри использует меч, чтобы разрубить огромную книгу, подаренную Тирионом. В своих покоях Тирион, опасаясь за жизнь Шаи, безуспешно пытается уговорить её оставить его и уехать. Ему приходится солгать ей, что она ему не нужна, что он никогда бы не смог полюбить шлюху. Бронн сопровождает Шаю до корабля, а позже уверяет Тириона, что она уплыла в Эссос, и ей никто не причинит зла.

После свадьбы Тайвин и леди Оленна (Дайана Ригг) обмениваются колкостями друг с другом. Оленна напоминает Тайвину о долге, который Корона должна Железному банку Браавоса. Джейме предупреждает сира Лораса Тирелла (Финн Джонс), говоря ему о том, что стоит ему жениться на Серсее (Лина Хиди), как она убьёт его во сне, а Лорас намекает Джейме, что он знает об их любовной связи. Бриенна из Тарта (Гвендолин Кристи) сталкивается с Серсеей, которая обвиняет её в том, что Бриенна любит Джейме. Маргери (Натали Дормер) объявляет, что остатки пира будут отданы в бедные районы города, заработав этим похвалу гостей. Серсея, недовольная потерей власти и новой королевой Джоффри, сталкивается с великим мейстером Пицелем (Джулиан Гловер) и приказывает ему покинуть свадьбу и угрожает казнью, если он не прикажет скормить королевским собакам остатки пира. Тайвин и Серсея среди гостей встречают принца Оберина (Педро Паскаль) и его любовницу, Элларию Сэнд (Индира Варма). Все четверо ведут напряжённый разговор, обмениваются скрытыми оскорблениями, а Оберин напоминает им, что дочь Серсеи Мирцелла в данный момент находится у него в Дорне.

Во время свадебного пира Джоффри обрывает выступление музыкантов и представляет в качестве забавы примитивный спектакль с карликами, которые изображают Войну пяти королей, вызывают отвращение и высмеивают некоторых гостей. В спектакле были высмеяны отношения Лораса с Ренли Баратеоном; Лорас в гневе покидает пир, Тирион в ярости от безвкусного спектакля, Санса (Софи Тёрнер) чуть не плачет, увидев в спектакле изображение недавно умершего брата, Робба. Джоффри издевательски приглашает Тириона в спектакль из-за его роста, но Тирион отказывается, предлагая Джоффри продемонстрировать собственный талант, изображая со своим мечом своё участие в битве за Королевскую Гавань. Униженный Джоффри приказывает Тириону быть его виночерпием, играя с ним, намеренно роняя и пиная кубок.

Тирион все же наполняет кубок и передаёт его Джоффри, но Джоффри, издеваясь над Тирионом, приказывает ему встать на колени, но Тирион не делает этого. Маргери разряжает ситуацию, привлекая всеобщее внимание к свадебному пирогу. После того, как Джоффри ест пирог, который дает ему Маргери, он выпивает вино из кубка, поданного Тирионом, и начинает задыхаться. Пока чрезвычайное происшествие привлекает внимание толпы, королевский шут Донтос (Тони Уэй) оказывается рядом с Сансой и умоляет её бежать с ним. Леди Оленна зовёт всех на помощь королю, но Джоффри падает на землю и становится понятно, что он отравлен. Перед смертью Джоффри указывает пальцем на Тириона, который изучает брошенный кубок. Вне себя от горя, Серсея приказывает арестовать Тириона по обвинению в убийстве Джоффри.

Сценарий[править | править код]

Сценарий к эпизоду написал Джордж Р. Р. Мартин, автор серии книг «Песнь Льда и Огня». Этот эпизод был его единственным вкладом в сериал в этом сезоне. Главами, адаптированными из книги «Буря мечей», стали главы 59 и 60 (Санса IV и Тирион VIII).[5]

Кастинг[править | править код]

Члены группы Sigur Rós появились в эпизоде.

В эпизоде к актёрскому составу присоединились Роджер Эштон-Гриффитс в роли постоянного персонажа Мейса Тирелла, лорда Хайгардена, и Элизабет Уэбстер в роли Уолды Фрей, толстой молодой жены Русе Болтона. Молодой актёр Дин-Чарльз Чэпмен взял на себя роль Томмена Баратеона в этом эпизоде. В качестве камео исландская группа «Sigur Rós» исполнила свою версию песни «The Rains of Castamere» на свадьбе Джоффри и снова во время заключительных титров.[6]

С этого эпизода Иван Реон (Рамси Сноу) получил повышение до актёра основного актёрского состава. Вопреки ранним сообщениям прессы, Майкл Макэлхаттон (Русе Болтон) остался указанным в эпизоде исключительно в качестве приглашённой звезды.

Рейтинги[править | править код]

«Льва и Розу» посмотрели около 6.31 миллиона зрителей в течение первого часа.[7]

Реакция критиков[править | править код]

Эпизод получил единодушное признание критиков; согласно Rotten Tomatoes, все 34 рецензии на веб-сайте были положительными.[8]

Джеймс Поневозик назвал его в «Time» «возможно, лучшим эпизодом» сериала, выделив в виде особой похвалы длительную сцену свадьбы.[9] Делая обзор для «The A.V. Club», Тодд Вандерверфф дал эпизоду оценку «A», назвав его «одним из лучших эпизодов этого шоу, а свадьба Джоффри — одна из лучших сцен во всём сериале.» Вандерверфф похвалил текст Мартина, а также режиссёрскую работу Алекса Грейвса, которая, как он сказал, «элегантно создаёт настоящее чувство напряжения на протяжении сцены, даже когда не происходит ничего особенно драматичного.»[10] В своём обзоре для IGN Мэтт Фаулер дал эпизоду оценку 9,4/10 и отметил, что «в него вошла шокирующая смерть, которая на самом деле была огромным облегчением для толпы.»[11]

TVLine назвал Джека Глисона «Артистом недели» за его игру в этом эпизоде.[12] Джеймс Хибберд из «Entertainment Weekly» назвал его третьим лучшим телевизионным эпизодом 2014 года.[13]

Награды[править | править код]

Эпизод выиграл премию «Эмми» за лучшие костюмы к сериалу.[14]

Из-за номинации, Лина Хиди представила этот эпизод на рассмотрение на премию «Эмми» за лучшую женскую роль второго плана в драматическом сериале.[15]

За этот эпизод Джордж Р. Р. Мартин был номинирован на «Лучшую эпизодическую драму» на 67-й Премии Гильдии сценаристов США.[16]

Награды и номинации[править | править код]

  1. ↑ Here is your season 4 writers breakdown (неопр.). WinterIsComing.net (26 февраля 2014). Дата обращения 26 февраля 2014.
  2. Hibberd, James 'Game of Thrones' season 4 directors chosen (неопр.). Entertainment Weekly (16 июля 2013). Дата обращения 17 июля 2013.
  3. ↑ (#32/402) "The Lion and the Rose" (неопр.). The Futon Critic. Дата обращения 8 марта 2014.
  4. Walsh, Katie Recap: ‘Game Of Thrones’ Season 4, Episode 2, ‘The Lion And The Rose’ Is A Nice Day For A Westeros Wedding (неопр.) (недоступная ссылка). Indiewire (13 апреля 2014). Дата обращения 30 апреля 2014. Архивировано 16 апреля 2014 года.
  5. ↑ EP 404: Oathkeeper, Westeros.org, 2014-05-03, <http://www.westeros.org/GoT/Episodes/Entry/The_Lion_and_the_Rose/Book_Spoilers/#Book_to_Screen>. Проверено 10 мая 2014. 
  6. ↑ Listen: Sigur Rós’ cover of "The Rains of Castamere" for Game of Thrones (13 апреля 2014). Дата обращения 14 апреля 2014.
  7. Bibel, Sara Sunday Cable Ratings: 'Game of Thrones' Wins Night, 'Real Housewives of Atlanta', 'MTV Movie Awards', 'Silicon Valley', 'Mad Men', 'Drop Dead Diva' & More (неопр.). TV by the Numbers (15 апреля 2014). Дата обращения 15 апреля 2014.
  8. ↑ Game of Thrones: Season 4: Episode 2 (неопр.). Rotten Tomatoes. Дата обращения 29 апреля 2014.
  9. Poniewozik, James. Game of Thrones Close-Up: Ain’t No Party Like a Westeros Party (англ.) // Time : magazine. — 2014. — 13 April.
  10. VanDerWerff, Todd Game of Thrones (experts): "The Lion and the Rose" (неопр.). The A.V. Club (13 апреля 2014). Дата обращения 14 апреля 2014.
  11. Fowler, Matt Game of Thrones: "The Lion and the Rose" Review (неопр.). IGN (13 апреля 2014). Дата обращения 14 апреля 2014.
  12. ↑ TVLine's Performer of the Week: Jack Gleeson (неопр.). TVLine (19 апреля 2014). Дата обращения 31 мая 2014.
  13. ↑ 10 Best TV Episodes of 2014 (неопр.). Entertainment Weekly (4 декабря 2014). Дата обращения 9 декабря 2014.
  14. ↑ The creative arts Emmy Award winners (неопр.). Дата обращения 16 августа 2014.
  15. ↑ Exclusive: HBO's episode submissions for Game of Thrones, True Detective, Veep (неопр.). GoldDerby (15 июля 2014). Дата обращения 16 июля 2014.
  16. Gelman, Vlada Good Wife, True Detective, Thrones, Louie Among 2015 WGA Nominees (неопр.). TVLine (4 декабря 2014). Дата обращения 5 декабря 2014.

ru.wikipedia.org

Роза и лев читать онлайн - Элизабет Стюарт

Элизабет Стюарт

Роза и лев


Событиям, описанным в романе, предшествовала трагическая случайность. Единственный законный сын короля Генриха Плантагенета утонул при кораблекрушении в ноябре 1120 года. Племянник короля — Стефан Блуа, — воспитывающийся при дворе, опоздал к отплытию «Белого Лебедя», отсыпаясь после ночной попойки. Принц и его блестящая свита, состоящая из молодых нормандских дворян, — все погибли, а пьяница Стефан остался жив.

После кончины Генриха Первого в декабре 1135 года дочь Генриха — Матильда — должна была унаследовать престол. Хью Бигот, самый могущественный и самый мятежный из феодалов того времени, объявил, что на смертном одре король изменил решение и вместо Матильды назначил преемником своего племянника Стефана.

С быстротой молнии Стефан Блуа прибыл в Лондон и, заручившись поддержкой архиепископа Кентерберийского, короновался в Вестминстере. Сторонники Матильды восстали и ввергли Англию и Нормандию в кровопролитную гражданскую войну.

Эту войну продолжил и сын Матильды — юный Генрих Анжу.

Преданный своими союзниками — Честером, Уорвиком, Лестером, потеряв при странных обстоятельствах старшего сына Юстаса, Стефан был вынужден признать Генри Анжу наследником престола.

Через год Стефан умер, и Генри стал королем.

Генрих Второй обладал властным характером и многими талантами, но в историю он вошел не как искусный политик, а благодаря своим сыновьям, которые прославили своего отца тем, что вели с ним бесконечные ожесточенные войны. Их имена помнят до сих пор — Ричард Львиное Сердце и проклинаемый всеми Иоанн Безземельный. В народе их прозвали «дьявольским отродьем».

1

Западная Англия. Ноябрь 1152 года

Ночь была черна, как душа ведьмы. Ветер хлестал в лицо колючими снежинками и гасил пламя факелов. Полдюжины тяжело груженных телег с натугой преодолевали смерзшиеся колдобины разъезженной за время осенних дождей дороги. Возницы проклинали несчастных лошадей.

Вооруженные рыцари плотной стеной загораживали обоз, готовые принять на себя вражескую стрелу, вылетевшую из темноты. Самые молодые и неопытные от волнения то и дело хватались за оружие или поправляли окоченевшими пальцами прикрывающие их щиты.

Он знал, что это путь без возврата. Отступления быть не может — иначе их всех ждет голодная смерть в пронизывающем до костей холоде нескончаемой ночи.

Стук копыт пробудил эхо, дремавшее в заледенелом лесу. Друг или враг? Рыцари обнажили мечи. Кто-то из возниц начал было произносить молитву, которую прервал простуженный кашель. Что ж — болезни тоже неизбежные спутники долгой войны. Неужели Господь немилостив к ним и их обнаружили? Боже, только не сейчас, когда они так близко к цели, путь к которой был так тяжел.

Одинокий всадник возник в тусклом отсвете факелов, подобно призраку. Он так резко осадил коня, что благородное животное протестующе заржало.

Возница передовой повозки чуть приподнялся на козлах. Он был одет, как простой солдат, только плащ, наброшенный на его плечи, казался хоть и потрепанным, но все же был добротнее, чем у остальных.

— Какие новости? — тихо спросил возница.

Всадник наклонился к его уху.

— Все люди расставлены по местам и готовы к сражению, милорд.

— Ты молодец, Джеффри. Твои слова ласкают слух. Я верю, что ты внушил им, как плохо нам всем придется, если они струсят. Обратной дороги нет.

Всадник оскалился в улыбке. Его крепкие белые зубы блеснули в темноте.

— Благодарю тебя, Джеффри, за все, что ты делаешь для меня, — добавил возница. Последние слова его прозвучали уже глухо из-под накинутого вновь на голову капюшона.

— Я стараюсь и ради себя, милорд. Мне тоже хочется получить свой кусок от пирога. Вас, милорд, ожидает большая доля, а я пока лишь ношу горсть английской земли в ладанке на груди. Если нам сегодня повезет и удача будет на нашей стороне…

— Удача? — не удержался от насмешливого возгласа возница. — Мы не можем полагаться на удачу, и даже на Божью помощь нам нечего рассчитывать. Если мы проиграем в этот раз, значит, всех нас ждет смерть. А если выиграем, то ты ухватишь не горсть, а жирный кусок английской земли. В эту ночь она перейдет из неправедных рук в достойные. Только побереги себя и останься в живых, Джеффри, чтобы насладиться добычей. Ты нужен мне, Джеффри. Я очень долго натаскивал тебя, как охотничьего сокола, и у меня нет времени, да и желания искать тебе замену.

— А я и не мечтал о другом господине, хотя многие расхваливали мои таланты и заманивали медовыми речами.

— Не влипни в сладкую паутину, малыш. Черт побери, она так крепко берет в плен, что вырваться из нее бывает очень трудно.

Возница внезапно разразился смехом, похожим на воронье карканье.

— А уж если все-таки влипнешь, то руби паутину мечом, сразу и без жалости. И еще один совет: более всего остерегайся удара сзади от закадычного дружка. Это мой тебе совет, может быть, последний, если я отойду этой ночью в мир иной!

Джеффри молча склонил голову.

— А теперь скачи назад и сообщи людям пароль.

— Какой, милорд?

— «Верность», малыш. «Верность»!

Всадник отсалютовал рукой в массивной боевой перчатке и растаял во тьме.

Обоз между тем продолжал свой путь. Каждая минута, приближающая их к цели, казалась часом и предводителю отряда, и его усталым оголодавшим воинам. И все же, когда лесная дорога вывела их на просторную пустошь, многих охватила робость.

Перед ними возвышались стены замка, каменная преграда высотой от земли до неба, одолеть которую можно лишь ценой щедро пролитой крови или хитростью.

«От предательства не спасут ни стены, ни крепкие запоры. Змея способна проползти там, где не пройдет рыцарское войско, и смертельно ужалить…», — подумал предводитель отряда.

Он высоко вскинул руку над головой, останавливая следующие за ним повозки. Его губы скривились в усмешке. «Теперь вновь придется ждать. Но что значат жалкие два-три часа, когда на ожидание потрачены многие годы?»

Джоселин пробудилась среди ночи и уже не могла вновь уснуть, даже завернувшись в теплое одеяло. Это была еще детская привычка — укрыться с головой и ощутить себя спрятанной в уютном гнездышке. Но шум во дворе замка проникал через толстые каменные стены и сквозь плотное одеяло, сколько бы она ни затыкала уши. Лаяли псы, захлебывались плачем разбуженные младенцы, мужчины отрывисто переговаривались хриплыми, простуженными голосами, а лошади стучали подковами о камни и встревожено ржали.

Вся эта какофония означала, что владелец замка собирается покинуть его надежные стены. Отъезд отца сулил ей несколько недель свободной жизни. После долгих и мучительных месяцев, когда ей приходилось страшиться собственного острого языка и укрощать свой бешеный нрав, она наконец сможет сбросить с себя тяжкие вериги и вздохнуть полной грудью.

Джоселин быстро оделась, покинула свою крохотную спальню и остановилась, чутко прислушиваясь, на темной лестнице. Наверху с шумом распахивались двери. Ее отец в сопровождении слуг с факелами спускался вниз по ступеням, грохоча сапогами со шпорами. Она вприпрыжку обогнала его и встретила у подножия лестницы. За отцом следовала Аделиза с показной робостью, но не без кокетливой грации, приподымая подол длинного платья и ощупывая ножкой крутые ступеньки, а Брайан, шедший позади, подшучивал над сестрицей и сам хохотал громко в ответ на ее слова.

Семейное сходство этой троицы — отца, дочери и сына — сразу бросалось в глаза. Красивая внешность в роде Монтегью будто передавалась по наследству из поколения в поколение. Высокорослые, с глазами цвета небесной голубизны и волосами, светлыми, как лунное сияние, — они походили на героев древних легенд. Сэр Уильям и его старшие дети предстали перед взором Джоселин, словно романтические персонажи, вытканные на гобелене.

Она была не такая, как они… другая, совсем не похожая на них. При приближении отца Джоселин отпрянула, будто желала спрятаться в каком-нибудь укромном уголке, и это вызвало недовольство сэра Уильяма. Он и так пребывал в раздраженном состоянии духа и теперь стремился сорвать на ком-нибудь свое дурное настроение.

— Ты, девчонка, не бегай от меня, а доложи отцу, все ли готово для путешествия. А то мне придется посылать гонцов с дороги в Оксфорд за какой-нибудь мелочью, которую ты упустила.

Джоселин склонила голову, как послушная ученица перед строгим учителем. Она затвердила в памяти урок покойной матери, внушавшей ей, что подчиняться силе — это не значит проявлять слабость.

— Ты можешь не тревожиться, отец. Запасы на дорогу упакованы тщательно, я за этим проследила. У вас всего будет в достатке на пути до Оксфорда, а там вы сможете что-то прикупить, если пожелаете.

Монтегью в ответ на ее тираду рассеянно кивнул.

— Мне жаль, что я забрал всю соль из дома для моей свиты, но скоро явится заказанный тобой обоз с солью и со специями из Шрусбери.

Он поглядел на распахнутые настежь двери холла, на замковый двор, освещенный пляшущими огнями факелов, на опущенный подъемный мост через ров. Далее пролегал путь во тьму кромешной ночи.

Холодок пробежал по его спине. Неужели он поддался недоброму предчувствию? Видения о смерти, подкравшейся из-за угла, мучили его каждую ночь. Но иначе и не могло быть в годы долгой-долгой междуусобной войны.

Он закашлялся продолжительным и мучительным кашлем. Прошлая зима, холодная и сырая, не пощадила ни простых людей, ни знатных господ. Отдышавшись, он заговорил снова:

— Клянусь Святым Распятием, нам нужна эта соль! Если обоз не появится завтра, пошли Седрика с людьми поджарить пятки этому жирному пройдохе-купцу. Ведь наступил «мясной» месяц, черт побери! Надо забивать скот, пока он не отощал, и солить мясо на зиму. Если бы король не позвал меня на этот дурацкий совет, я бы сам отправился в Шрусбери. Надо же было выбрать такое неподходящее время для совета. А тут еще управляющий не ко времени испустил дух. Мне еще придется искать посреди ночи лорда Борсвика, потому что проклятый дурень-посланец заблудился в лесу и не смог передать ему вызов от короля.

От ярости, одолевающей его, он начал бормотать неразборчиво, и Джоселин едва сдержала усмешку, которая могла бы вызвать новый взрыв его гнева.

— Сомневаюсь, что король Стефан думал о наших свиньях и о том, что мы будем есть зимой, когда решил созвать Государственный совет, — сочувственно произнесла она, подлаживаясь под дурное настроение отца. — Но в утешение могу сказать, что в лесу полным-полно желудей, и кабаны еще нагуляют жир к вашему приезду. Не беспокойся, отец, я проехала по всем дубовым рощам и все осмотрела.

Он снова равнодушно кивнул. Его мысли уже были заняты предстоящим опасным путешествием и тем, что его ждет при дворе короля.

Он вышел во двор, и тут же ему подвели коня.

— Запри все двери покрепче! — выкрикнул Монтегью прощальное напутствие. — Не думаю, что кто-то дерзнет напасть на Белавур, но в наше время ничего нельзя знать заранее.

Он натянул поводья, и конь поднялся на дыбы, а потом загарцевал на месте.

Джоселин слушала отца с видом робкой скромницы. Она будет поступать так, как ей подскажет собственный рассудок. Советы отца были, конечно, разумны, но у нее был и свой здравый смысл. Презрение, с которым он относился к дочери, рожденной ему второй женой, вызывало ответное презрение, но горячую кровь и темперамент, доставшиеся ей в наследство от матери, Джоселин по возможности скрывала.

Он, казалось, понял, о чем сейчас думает его дочь.

— Поступай, как я тебе велю, я не допущу ослушания. Мои люди еще не приняли тебя как члена нашего семейства, но от тебя самой многое зависит. Ты уже слишком взрослая, чтобы бегать босиком по травке, как когда-то в Уэльсе. Бери пример со своей сестры и тогда станешь настоящей леди, достойной фамилии Монтегью.

Аделиза появилась тут как тут.

— Мы с Джоселин не будем ссориться, папа. Я стану ей лучшей подругой. Хочешь ли ты что-то спросить у нас, у твоих дочек, прежде чем отправиться в путь?

— Что спросить? — Лорд Монтегью озадаченно наморщил лоб. — Я и так получил от тебя список того, что должен привезти из Оксфорда. И платья, и побрякушки. Если еще что-нибудь добавить, то лошадь не унесет такого груза.

Джоселин старалась изобразить на лице холодное равнодушие. Украшения и наряды ее тоже интересовали. С простодушной детской доверчивостью она когда-то ожидала подарков от отца, возвращающегося из поездок, но никогда их не получала.

— Мне ничего не надобно, отец. Я ни в чем не нуждаюсь. Не затрудняй себя…

Он не заметил нотку горечи в ее голосе и воспринял ее отказ равнодушно. Лишь выражение глаз Джоселин его слегка смутило. «Кошачьи глаза. Ведьмин взгляд». Монтегью поспешил отвернуться.

Джоселин словно угадала его мысли. Эти слова насчет кошачьих глаз он часто повторял при ней, когда она была маленькой. Но что она могла поделать? Никакие слезы и никакое колдовство не могли заменить их зеленый с золотыми искрами цвет на голубой, а темные жесткие волосы — на солнечно-яркие шелковистые локоны, которыми обладали и Брайан, и Аделиза.

— Пора прощаться, дочки!

Аделиза ухватилась за стремя.

— Береги себя, папа! Не забывай надевать меховой плащ, что я дала тебе в дорогу. И еще прошу…

Монтегью наклонился и погладил старшую дочку по щеке. Его громадная грубая рука способна была ласкать, но этой ласки никогда не доставалось Джоселин.

— Со мной будет все в порядке, дитя. Я опытный воин и знаю, как позаботиться о себе. — Он нежно убрал слезинки с ресниц Аделизы. — Да и Брайан будет постоянно возле меня. Не тревожься понапрасну…

Он улыбнулся, с любовью взглянул на единственного сына.

— Вот уж кто нас всех должен беспокоить, так это твой непутевый братец. Пусть он пообещает, что не ввяжется в какую-нибудь глупую передрягу. Он должен это сделать ради своей сестрички.

Брайан в этот момент о чем-то переговаривался со своими оруженосцами. Заслышав свое имя, он шагнул вперед, едва не задев Джоселин, и обнял Аделизу.

— Да хранит тебя Бог, красавица! — для сестры, такой похожей на него, он приберег самую ослепительную из своих улыбок. Какое-то слово, произнесенное им ей на ушко, вызвало взрыв звонкого смеха.

Довольный собой, Брайан крепко расцеловал сестру на прощание и вскочил в седло. Джоселин молча наблюдала за затянувшейся сценой расставания.

Наконец Монтегью громко отдал команду. Всадники один за другим вереницей потянулись к опущенному подъемному мосту. Гнедой жеребец лорда нетерпеливо перебирал копытами и возбужденно закусывал удила. Конь чуть не сбил Джоселин с ног, когда отец приблизился к ней вплотную.

— Джоселин! Приглядывай за сестрой. День-два пройдет, пока сэр Роджер и остальные наши люди не появятся здесь. Дo той поры я оставляю Аделизу и замок Белавур на твое попечение. Надеюсь, ты не доставишь мне огорчений.

Джоселин вскинула голову, пытаясь найти во взгляде отца то, что всегда безуспешно искала. Но не было в нем ни тепла, ни заботы.

— Я присмотрю и за сестрой, и за замком. Счастливого пути, — сухо произнесла она.

Коротко кивнув, сэр Уильям развернул коня и направил его рысью вслед удаляющемуся отряду. Джоселин увидела, как захлопнулись створки ворот, услышала завывание лебедок, опускающих крепостные решетки, и лязг цепей, подтягивающих наверх подъемный мост. Она напомнила себе, что теперь на несколько недель свободна и должна быть счастлива, но радости на сердце не было.

К ней давно пришло убеждение, что она лишь игрушка в руках Божьих.

— Джоселин!

Нежный голосок вывел ее из задумчивости. Она обернулась к сестре и заметила, что та плачет уже не притворно, а всерьез. Обычно Джоселин выводили из себя женщины, готовые пустить слезу по любому поводу. Для нее печаль была постоянной спутницей в жизни, и она предпочитала воевать со своей тоской и обидами молча и в одиночестве.

Но Аделиза была совсем иной, чем Джоселин. Ее мягкая натура сразу же отзывалась болью на любую боль, на страдания любого существа, будь то человек или животное. И собственные огорчения она не умела скрывать. За последние три года — с той поры, как Джоселин рассталась с уютным и родным для нее Уорфордом и поселилась в замке Монтегью, она постепенно прониклась искренней любовью к своей сводной сестре, которую, казалось бы, должна была ненавидеть. Неприязнь сменилась обожанием этого прекрасного, ангелоподобного создания.

Она тотчас обвила рукой стройный стан Аделизы, желая хоть как-то успокоить ее.

— Если мы поторопимся, то, поднявшись на стену, сможем увидеть наших людей, пока они еще не скрылись за холмами.

Девушки поспешно преодолели бесчисленные витки крутой лестницы внутри башни. Очутившись наверху, Аделиза упала грудью на парапет между зубцами с бойницами для лучников, вцепилась пальцами в холодные камни, высунулась вперед насколько возможно и ловила взглядом колыхающиеся огненные точечки факелов. Их вереница змеилась по пологому склону довольно долго. Наконец, тьма поглотила последний огонек.

Джоселин не смотрела в ту сторону. Она прислонилась спиной к стене, откинула голову и попыталась найти в небесах хоть одну звезду.

Над ней, гонимые ураганом, бушевавшим в вышине, мчались по небу клочья черных облаков. Время снегопада еще не наступило, но в воздухе уже ощущалось приближение вьюги. Резкий, налетающий порывами ветер протяжно выл, пробиваясь через бойницы. Он трепал ее волосы, проникал под одежду, словно холодным стальным лезвием проводил по обнаженному телу.

Джоселин поежилась, скрестила руки на груди, защищаясь от атак невидимого врага, готовая бросить ему вызов. Здесь, на ветру, она чувствовала прилив бодрости и новых сил. Яростное наступление могущественной природы не страшило ее. В мыслях она унеслась в прошлое, когда была еще ребенком, была свободна и беспечна среди диких скал, болот и зарослей Уэльса, а ее мать была жива и нежность, и материнская любовь согревали душу маленькой Джоселин.

— Я молю Бога, чтобы он был милостив к ним. Как ты думаешь, они вернутся невредимыми? — спросила наивная Аделиза.

— Конечно, — Джоселин не хотелось, чтобы сестра нарушала ее теперешнее состояние. Ночную бурю Джоселин вкушала, как сладостный опьяняющий напиток.

— Путь до Оксфорда долог, а дороги небезопасны. Оголодавшие грабители подстерегают путников… Хейвиз рассказывала мне об этих страшных кровожадных разбойниках.

Джоселин интересовали звезды на небе, а не причитания сестры. Она взяла себе на заметку, что надо серьезно поговорить с новой горничной Аделизы. Пусть служанка не пугает впечатлительную девушку глупыми россказнями.

— У отца большая свита — и рыцари в латах, и вооруженные слуги. Разбойники не решатся нападать на такой отряд. Да и не осталось никаких отчаянных голов ни в нашей округе, ни в графствах по дороге в Оксфорд. Для всех разбойников хватило виселиц.

Аделиза тотчас успокоилась. Она легко впадала в истерику, но так же легко утешалась. Она оперлась на руку Джоселин, когда девушки отошли от продуваемой ветром крепостной стены.

— Я счастлива, что ты со мной. А когда нам придется расстаться, ты всегда будешь желанной гостьей в моем доме, — нашептывала на ухо сводной сестре Аделиза.

— О чем ты говоришь?

— Возможно, состоится мое обручение, как только папа вернется.

«Вот и она покинет меня! Как жесток ко мне Бог! Он опять решил позабавиться, лишая меня единственной подруги».

— Кто он, твой жених? Кто лишился из-за тебя разума? Кто этот влюбленный безумец? — Джоселин шутила, но ее слова были полны горечи.

Аделиза, забыв про недавние страхи, улыбнулась. Она прижималась к сестре, ища в ней опору, но в то же время душа ее ликовала.

knizhnik.org

Книга "Роза и лев" автора Стюарт Элизабет

Последние комментарии

 
 

Роза и лев

Автор: Стюарт Элизабет Жанр: Исторические любовные романы Язык: русский Год: 1997 Страниц: 88 Издатель: Эксмо ISBN: 5-251-00626-8 Город: Москва Переводчик: Любимов П. Статус: Закончена Добавил: Admin 17 Апр 11 Редактировала: Lekaterinka 21 Апр 18 Проверил: Admin 21 Апр 18 Формат:  FB2 (346 Kb)  EPUB (488 Kb)  MOBI (1990 Kb)  JAR (381 Kb)  JAD (0 Kb)

 

Рейтинг: 5.0/5 (Всего голосов: 3)

Аннотация

Волей судьбы в руках рыцаря Роберта де Ленгли оказались дочери его врага, белокурая красавица и черноволосая, дерзкая смуглянка с колдовскими глазами. Встретив врага с кинжалом в руке, она покорила своей отвагой неустрашимого воина. Он давно мечтал о такой спутнице жизни — верной, отчаянной, смелой. Но по силам ли ему, легендарному Нормандскому Льву, полностью овладеть ее сердцем и душой?..

Объявления

Где купить?



Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Стюарт Элизабет

Похожие книги

Комментарии к книге "Роза и лев"


Комментарий не найдено

Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться

 

 

2011 - 2018

www.rulit.me

Читать онлайн "Роза и лев" автора Стюарт Элизабет - RuLit

Элизабет Стюарт

Роза и лев

Событиям, описанным в романе, предшествовала трагическая случайность. Единственный законный сын короля Генриха Плантагенета утонул при кораблекрушении в ноябре 1120 года. Племянник короля — Стефан Блуа, — воспитывающийся при дворе, опоздал к отплытию «Белого Лебедя», отсыпаясь после ночной попойки. Принц и его блестящая свита, состоящая из молодых нормандских дворян, — все погибли, а пьяница Стефан остался жив.

После кончины Генриха Первого в декабре 1135 года дочь Генриха — Матильда — должна была унаследовать престол. Хью Бигот, самый могущественный и самый мятежный из феодалов того времени, объявил, что на смертном одре король изменил решение и вместо Матильды назначил преемником своего племянника Стефана.

С быстротой молнии Стефан Блуа прибыл в Лондон и, заручившись поддержкой архиепископа Кентерберийского, короновался в Вестминстере. Сторонники Матильды восстали и ввергли Англию и Нормандию в кровопролитную гражданскую войну.

Эту войну продолжил и сын Матильды — юный Генрих Анжу.

Преданный своими союзниками — Честером, Уорвиком, Лестером, потеряв при странных обстоятельствах старшего сына Юстаса, Стефан был вынужден признать Генри Анжу наследником престола.

Через год Стефан умер, и Генри стал королем.

Генрих Второй обладал властным характером и многими талантами, но в историю он вошел не как искусный политик, а благодаря своим сыновьям, которые прославили своего отца тем, что вели с ним бесконечные ожесточенные войны. Их имена помнят до сих пор — Ричард Львиное Сердце и проклинаемый всеми Иоанн Безземельный. В народе их прозвали «дьявольским отродьем».

Западная Англия. Ноябрь 1152 года

Ночь была черна, как душа ведьмы. Ветер хлестал в лицо колючими снежинками и гасил пламя факелов. Полдюжины тяжело груженных телег с натугой преодолевали смерзшиеся колдобины разъезженной за время осенних дождей дороги. Возницы проклинали несчастных лошадей.

Вооруженные рыцари плотной стеной загораживали обоз, готовые принять на себя вражескую стрелу, вылетевшую из темноты. Самые молодые и неопытные от волнения то и дело хватались за оружие или поправляли окоченевшими пальцами прикрывающие их щиты.

Он знал, что это путь без возврата. Отступления быть не может — иначе их всех ждет голодная смерть в пронизывающем до костей холоде нескончаемой ночи.

Стук копыт пробудил эхо, дремавшее в заледенелом лесу. Друг или враг? Рыцари обнажили мечи. Кто-то из возниц начал было произносить молитву, которую прервал простуженный кашель. Что ж — болезни тоже неизбежные спутники долгой войны. Неужели Господь немилостив к ним и их обнаружили? Боже, только не сейчас, когда они так близко к цели, путь к которой был так тяжел.

Одинокий всадник возник в тусклом отсвете факелов, подобно призраку. Он так резко осадил коня, что благородное животное протестующе заржало.

Возница передовой повозки чуть приподнялся на козлах. Он был одет, как простой солдат, только плащ, наброшенный на его плечи, казался хоть и потрепанным, но все же был добротнее, чем у остальных.

— Какие новости? — тихо спросил возница.

Всадник наклонился к его уху.

— Все люди расставлены по местам и готовы к сражению, милорд.

— Ты молодец, Джеффри. Твои слова ласкают слух. Я верю, что ты внушил им, как плохо нам всем придется, если они струсят. Обратной дороги нет.

Всадник оскалился в улыбке. Его крепкие белые зубы блеснули в темноте.

— Благодарю тебя, Джеффри, за все, что ты делаешь для меня, — добавил возница. Последние слова его прозвучали уже глухо из-под накинутого вновь на голову капюшона.

— Я стараюсь и ради себя, милорд. Мне тоже хочется получить свой кусок от пирога. Вас, милорд, ожидает большая доля, а я пока лишь ношу горсть английской земли в ладанке на груди. Если нам сегодня повезет и удача будет на нашей стороне…

— Удача? — не удержался от насмешливого возгласа возница. — Мы не можем полагаться на удачу, и даже на Божью помощь нам нечего рассчитывать. Если мы проиграем в этот раз, значит, всех нас ждет смерть. А если выиграем, то ты ухватишь не горсть, а жирный кусок английской земли. В эту ночь она перейдет из неправедных рук в достойные. Только побереги себя и останься в живых, Джеффри, чтобы насладиться добычей. Ты нужен мне, Джеффри. Я очень долго натаскивал тебя, как охотничьего сокола, и у меня нет времени, да и желания искать тебе замену.

— А я и не мечтал о другом господине, хотя многие расхваливали мои таланты и заманивали медовыми речами.

— Не влипни в сладкую паутину, малыш. Черт побери, она так крепко берет в плен, что вырваться из нее бывает очень трудно.

Возница внезапно разразился смехом, похожим на воронье карканье.

— А уж если все-таки влипнешь, то руби паутину мечом, сразу и без жалости. И еще один совет: более всего остерегайся удара сзади от закадычного дружка. Это мой тебе совет, может быть, последний, если я отойду этой ночью в мир иной!

Джеффри молча склонил голову.

— А теперь скачи назад и сообщи людям пароль.

— Какой, милорд?

— «Верность», малыш. «Верность»!

Всадник отсалютовал рукой в массивной боевой перчатке и растаял во тьме.

Обоз между тем продолжал свой путь. Каждая минута, приближающая их к цели, казалась часом и предводителю отряда, и его усталым оголодавшим воинам. И все же, когда лесная дорога вывела их на просторную пустошь, многих охватила робость.

Перед ними возвышались стены замка, каменная преграда высотой от земли до неба, одолеть которую можно лишь ценой щедро пролитой крови или хитростью.

«От предательства не спасут ни стены, ни крепкие запоры. Змея способна проползти там, где не пройдет рыцарское войско, и смертельно ужалить…», — подумал предводитель отряда.

Он высоко вскинул руку над головой, останавливая следующие за ним повозки. Его губы скривились в усмешке. «Теперь вновь придется ждать. Но что значат жалкие два-три часа, когда на ожидание потрачены многие годы?»

Джоселин пробудилась среди ночи и уже не могла вновь уснуть, даже завернувшись в теплое одеяло. Это была еще детская привычка — укрыться с головой и ощутить себя спрятанной в уютном гнездышке. Но шум во дворе замка проникал через толстые каменные стены и сквозь плотное одеяло, сколько бы она ни затыкала уши. Лаяли псы, захлебывались плачем разбуженные младенцы, мужчины отрывисто переговаривались хриплыми, простуженными голосами, а лошади стучали подковами о камни и встревожено ржали.

Вся эта какофония означала, что владелец замка собирается покинуть его надежные стены. Отъезд отца сулил ей несколько недель свободной жизни. После долгих и мучительных месяцев, когда ей приходилось страшиться собственного острого языка и укрощать свой бешеный нрав, она наконец сможет сбросить с себя тяжкие вериги и вздохнуть полной грудью.

Джоселин быстро оделась, покинула свою крохотную спальню и остановилась, чутко прислушиваясь, на темной лестнице. Наверху с шумом распахивались двери. Ее отец в сопровождении слуг с факелами спускался вниз по ступеням, грохоча сапогами со шпорами. Она вприпрыжку обогнала его и встретила у подножия лестницы. За отцом следовала Аделиза с показной робостью, но не без кокетливой грации, приподымая подол длинного платья и ощупывая ножкой крутые ступеньки, а Брайан, шедший позади, подшучивал над сестрицей и сам хохотал громко в ответ на ее слова.

Семейное сходство этой троицы — отца, дочери и сына — сразу бросалось в глаза. Красивая внешность в роде Монтегью будто передавалась по наследству из поколения в поколение. Высокорослые, с глазами цвета небесной голубизны и волосами, светлыми, как лунное сияние, — они походили на героев древних легенд. Сэр Уильям и его старшие дети предстали перед взором Джоселин, словно романтические персонажи, вытканные на гобелене.

Она была не такая, как они… другая, совсем не похожая на них. При приближении отца Джоселин отпрянула, будто желала спрятаться в каком-нибудь укромном уголке, и это вызвало недовольство сэра Уильяма. Он и так пребывал в раздраженном состоянии духа и теперь стремился сорвать на ком-нибудь свое дурное настроение.

www.rulit.me

Книга "Роза и лев" из жанра Любовные романы

Последние комментарии

 
 

Роза и лев

Автор: Стюарт Элизабет Жанр: Исторические любовные романы Язык: русский Год: 1997 Страниц: 88 Издатель: Эксмо ISBN: 5-251-00626-8 Город: Москва Переводчик: Любимов П. Статус: Закончена Добавил: Admin 17 Апр 11 Редактировала: Lekaterinka 21 Апр 18 Проверил: Admin 21 Апр 18 Формат:  FB2 (346 Kb)  EPUB (488 Kb)  MOBI (1990 Kb)  JAR (381 Kb)  JAD (0 Kb)

 

Рейтинг: 5.0/5 (Всего голосов: 3)

Аннотация

Волей судьбы в руках рыцаря Роберта де Ленгли оказались дочери его врага, белокурая красавица и черноволосая, дерзкая смуглянка с колдовскими глазами. Встретив врага с кинжалом в руке, она покорила своей отвагой неустрашимого воина. Он давно мечтал о такой спутнице жизни — верной, отчаянной, смелой. Но по силам ли ему, легендарному Нормандскому Льву, полностью овладеть ее сердцем и душой?..

Объявления

Где купить?



Нравится книга? Поделись с друзьями!

Другие книги автора Стюарт Элизабет

Похожие книги

Комментарии к книге "Роза и лев"


Комментарий не найдено

Чтобы оставить комментарий или поставить оценку книге Вам нужно зайти на сайт или зарегистрироваться

 

 

2011 - 2018

www.rulit.me

Читать Роза и лев - Стюарт Элизабет - Страница 1

Элизабет Стюарт

Роза и лев

Событиям, описанным в романе, предшествовала трагическая случайность. Единственный законный сын короля Генриха Плантагенета утонул при кораблекрушении в ноябре 1120 года. Племянник короля — Стефан Блуа, — воспитывающийся при дворе, опоздал к отплытию «Белого Лебедя», отсыпаясь после ночной попойки. Принц и его блестящая свита, состоящая из молодых нормандских дворян, — все погибли, а пьяница Стефан остался жив.

После кончины Генриха Первого в декабре 1135 года дочь Генриха — Матильда — должна была унаследовать престол. Хью Бигот, самый могущественный и самый мятежный из феодалов того времени, объявил, что на смертном одре король изменил решение и вместо Матильды назначил преемником своего племянника Стефана.

С быстротой молнии Стефан Блуа прибыл в Лондон и, заручившись поддержкой архиепископа Кентерберийского, короновался в Вестминстере. Сторонники Матильды восстали и ввергли Англию и Нормандию в кровопролитную гражданскую войну.

Эту войну продолжил и сын Матильды — юный Генрих Анжу.

Преданный своими союзниками — Честером, Уорвиком, Лестером, потеряв при странных обстоятельствах старшего сына Юстаса, Стефан был вынужден признать Генри Анжу наследником престола.

Через год Стефан умер, и Генри стал королем.

Генрих Второй обладал властным характером и многими талантами, но в историю он вошел не как искусный политик, а благодаря своим сыновьям, которые прославили своего отца тем, что вели с ним бесконечные ожесточенные войны. Их имена помнят до сих пор — Ричард Львиное Сердце и проклинаемый всеми Иоанн Безземельный. В народе их прозвали «дьявольским отродьем».

1

Западная Англия. Ноябрь 1152 года

Ночь была черна, как душа ведьмы. Ветер хлестал в лицо колючими снежинками и гасил пламя факелов. Полдюжины тяжело груженных телег с натугой преодолевали смерзшиеся колдобины разъезженной за время осенних дождей дороги. Возницы проклинали несчастных лошадей.

Вооруженные рыцари плотной стеной загораживали обоз, готовые принять на себя вражескую стрелу, вылетевшую из темноты. Самые молодые и неопытные от волнения то и дело хватались за оружие или поправляли окоченевшими пальцами прикрывающие их щиты.

Он знал, что это путь без возврата. Отступления быть не может — иначе их всех ждет голодная смерть в пронизывающем до костей холоде нескончаемой ночи.

Стук копыт пробудил эхо, дремавшее в заледенелом лесу. Друг или враг? Рыцари обнажили мечи. Кто-то из возниц начал было произносить молитву, которую прервал простуженный кашель. Что ж — болезни тоже неизбежные спутники долгой войны. Неужели Господь немилостив к ним и их обнаружили? Боже, только не сейчас, когда они так близко к цели, путь к которой был так тяжел.

Одинокий всадник возник в тусклом отсвете факелов, подобно призраку. Он так резко осадил коня, что благородное животное протестующе заржало.

Возница передовой повозки чуть приподнялся на козлах. Он был одет, как простой солдат, только плащ, наброшенный на его плечи, казался хоть и потрепанным, но все же был добротнее, чем у остальных.

— Какие новости? — тихо спросил возница.

Всадник наклонился к его уху.

— Все люди расставлены по местам и готовы к сражению, милорд.

— Ты молодец, Джеффри. Твои слова ласкают слух. Я верю, что ты внушил им, как плохо нам всем придется, если они струсят. Обратной дороги нет.

Всадник оскалился в улыбке. Его крепкие белые зубы блеснули в темноте.

— Благодарю тебя, Джеффри, за все, что ты делаешь для меня, — добавил возница. Последние слова его прозвучали уже глухо из-под накинутого вновь на голову капюшона.

— Я стараюсь и ради себя, милорд. Мне тоже хочется получить свой кусок от пирога. Вас, милорд, ожидает большая доля, а я пока лишь ношу горсть английской земли в ладанке на груди. Если нам сегодня повезет и удача будет на нашей стороне…

— Удача? — не удержался от насмешливого возгласа возница. — Мы не можем полагаться на удачу, и даже на Божью помощь нам нечего рассчитывать. Если мы проиграем в этот раз, значит, всех нас ждет смерть. А если выиграем, то ты ухватишь не горсть, а жирный кусок английской земли. В эту ночь она перейдет из неправедных рук в достойные. Только побереги себя и останься в живых, Джеффри, чтобы насладиться добычей. Ты нужен мне, Джеффри. Я очень долго натаскивал тебя, как охотничьего сокола, и у меня нет времени, да и желания искать тебе замену.

— А я и не мечтал о другом господине, хотя многие расхваливали мои таланты и заманивали медовыми речами.

— Не влипни в сладкую паутину, малыш. Черт побери, она так крепко берет в плен, что вырваться из нее бывает очень трудно.

Возница внезапно разразился смехом, похожим на воронье карканье.

— А уж если все-таки влипнешь, то руби паутину мечом, сразу и без жалости. И еще один совет: более всего остерегайся удара сзади от закадычного дружка. Это мой тебе совет, может быть, последний, если я отойду этой ночью в мир иной!

Джеффри молча склонил голову.

— А теперь скачи назад и сообщи людям пароль.

— Какой, милорд?

— «Верность», малыш. «Верность»!

Всадник отсалютовал рукой в массивной боевой перчатке и растаял во тьме.

Обоз между тем продолжал свой путь. Каждая минута, приближающая их к цели, казалась часом и предводителю отряда, и его усталым оголодавшим воинам. И все же, когда лесная дорога вывела их на просторную пустошь, многих охватила робость.

Перед ними возвышались стены замка, каменная преграда высотой от земли до неба, одолеть которую можно лишь ценой щедро пролитой крови или хитростью.

«От предательства не спасут ни стены, ни крепкие запоры. Змея способна проползти там, где не пройдет рыцарское войско, и смертельно ужалить…», — подумал предводитель отряда.

Он высоко вскинул руку над головой, останавливая следующие за ним повозки. Его губы скривились в усмешке. «Теперь вновь придется ждать. Но что значат жалкие два-три часа, когда на ожидание потрачены многие годы?»

Джоселин пробудилась среди ночи и уже не могла вновь уснуть, даже завернувшись в теплое одеяло. Это была еще детская привычка — укрыться с головой и ощутить себя спрятанной в уютном гнездышке. Но шум во дворе замка проникал через толстые каменные стены и сквозь плотное одеяло, сколько бы она ни затыкала уши. Лаяли псы, захлебывались плачем разбуженные младенцы, мужчины отрывисто переговаривались хриплыми, простуженными голосами, а лошади стучали подковами о камни и встревожено ржали.

Вся эта какофония означала, что владелец замка собирается покинуть его надежные стены. Отъезд отца сулил ей несколько недель свободной жизни. После долгих и мучительных месяцев, когда ей приходилось страшиться собственного острого языка и укрощать свой бешеный нрав, она наконец сможет сбросить с себя тяжкие вериги и вздохнуть полной грудью.

Джоселин быстро оделась, покинула свою крохотную спальню и остановилась, чутко прислушиваясь, на темной лестнице. Наверху с шумом распахивались двери. Ее отец в сопровождении слуг с факелами спускался вниз по ступеням, грохоча сапогами со шпорами. Она вприпрыжку обогнала его и встретила у подножия лестницы. За отцом следовала Аделиза с показной робостью, но не без кокетливой грации, приподымая подол длинного платья и ощупывая ножкой крутые ступеньки, а Брайан, шедший позади, подшучивал над сестрицей и сам хохотал громко в ответ на ее слова.

Семейное сходство этой троицы — отца, дочери и сына — сразу бросалось в глаза. Красивая внешность в роде Монтегью будто передавалась по наследству из поколения в поколение. Высокорослые, с глазами цвета небесной голубизны и волосами, светлыми, как лунное сияние, — они походили на героев древних легенд. Сэр Уильям и его старшие дети предстали перед взором Джоселин, словно романтические персонажи, вытканные на гобелене.

online-knigi.com


Смотрите также