Буддийская концепция страдания человека


Концепция страдания в буддизме

Анализируя понятие страдания в буддизме, Е.А. Торчинов пишет, что буддизм в значительно большей степени, чем другие религии, подчеркивает связь жизни со страданием. Более того, в буддизме страдание есть фундаментальная характеристика бытия как такового. Это страдание не есть результат некоего грехопадения и утраты изначального рая. Подобно самому бытию, страдание безначально и неизменно сопровождает все проявления бытия. Конечно, буддисты отнюдь не отрицают того обстоятельства, что в жизни есть и приятные моменты, сопряженные с удовольствием, однако само это удовольствие (сукха) не является противоположностью страданию, а как бы включено в страдание, являясь его аспектом. Дело в том, что ни одно из возможных «мирских» состояний не является для нас полностью удовлетворительным. Мы находимся в постоянной неудовлетворенности, постоянной фрустрации (Е.А. Торчинов, с. 2).

Причиной страдания в буддизме является влечение, желание, привязанность к жизни в самом широком смысле, воля к жизни. При этом влечение понимается буддизмом максимально широко, ибо в это понятие включается и отвращение как оборотная сторона влечения, влечение с противоположным знаком. В основе жизни -влечение к приятному и отвращение к неприятному, выражающееся в соответствующих реакциях и мотивациях, базирующееся на фундаментальном заблуждении, или неведении (авидья), выражающемся в непонимании того, что суть бытия есть страдание. Влечение порождает страдание, если бы не было влечений и жажды жизни, то не было бы и страданий. И регулируется эта жизнь законом кармы (Е.А. Торчинов, с. 2-3).

Учение о карме, как пишет исследователь, является доктринальным стержнем буддизма. Слово «карма» может быть переведено как «дело», «действие» (и никоим образом не «судьба» или «участь», как иногда думают). Оно означает любое действие, или акт, причем в самом широком смысле этого слова - акт физический (действие, поступок), акт вербальный (слово, высказывание) и акт ментальный и волевой (мысль, намерение, желание). Таким образом, карма - это действие, причем обязательно имеющее следствие, или результат. Совокупность всех действий, совершенных в жизни, точнее, общая энергия этих действий, также приносит свой плод: она определяет необходимость следующего рождения, новой жизни, характер которой определяется кармой (то есть характером совершенных действий) умершего. Соответственно, карма может быть благой или неблагой, то есть ведущей к хорошим или дурным формам рождения (Е.А. Торчинов, с. 3).

В новой жизни человек снова совершает действия, ведущие его к новому рождению, и так далее, и так далее. Этот круговорот рождений - смертей называется в религиях Индии (не только в буддизме) сансарой (круговорот, коловращение), главной характеристикой которой является страдание, проистекающее из влечений и желаний.

Далай-лама XIV в своем очерке «Буддизм Тибета» пишет, что источников страдания два: омраченные действия и скверны. Под сквернами он понимает «периферийные факторы», оскверняющие сознание. При этом сознание попадает под его влияние, идет туда, куда ведет его скверна, и тем самым «накапливает» дурное действие. К сквернам Далай-лама относит эгоистическое желание, злобу, гордость, ложные взгляды и т.д. Из них главные - желание и злоба. Злость появляется из-за первоначальной привязанности к самому себе, когда случается что-либо нежелательное. Затем из-за привязанности к самому себе появляется гордость, и человек считает себя лучше других (Далай-лама, с. 28).

Привязанность к себе возникает из-за того, что сознание крепко держится за свое «я», что обусловлено «отсутствием знаний о сущности вещей». Далай-лама пишет, что, согласно буддистской традиции, только кажется, что вещи, в том числе и человек, обладают независимой реальностью. Однако они лишены «самосущего бытия», т.е. пусты. Следовательно концепция, что явления обладают независимой реальностью, представляет собой скверну неведения, которая и есть первичный корень всех прочих скверн (Далай-лама, с. 28-29).

Круговорот бытия - это оковы, а освобождение означает свободу от оков, созданных омраченными действиями и скверной. Устранением причин сводятся на нет омраченные совокупности, а освобождение от них приводит к исчезновению связанного с ним страдания. Освобождение может быть двух видов: освобождение, заключающееся в уничтожении всех форм страдания и их источников, и «великое, непревзойденное освобождение» состояния Будды, связанное с полным уничтожением как скверн, так и препятствий к всеведению (Далай-лама, с. 30-31).

Е.А. Торчинов .ссылается на буддистские тексты, в которых подчеркивается, что человеческая форма рождения благоприятна, т.к. его положение предоставляет уникальную возможность: обретения освобождения от круговорота сансары. Только человек способен выйти из круговращения рождений-смертей и обрести вечное блаженное упокоение. При этом человеческое тело - редкая драгоценность и обретение его - великое счастье, поскольку лишь человек способен достичь освобождения и поэтому в высшей степени неразумно пропустить столь редкую возможность.

psyera.ru

Причины страданий в буддизме - как их объяснял Будда?

Здравствуйте, дорогие читатели – искатели знаний и истины!

«Вся наша жизнь – страдание», – говорится в учении Будды. Об этом слышал, наверное, каждый, кто хотя бы немного знаком с буддизмом.

А что же это значит? Что есть страдание? Как объясняются  причины страданий в буддизме и как с ними бороться? Именно об этом мы и предлагаем поговорить сегодня. Ответы на извечные вопросы – в статье ниже.

Что же, начнем.

Содержание:

Что такое страдание

Какова его причина

Как его прекратить

Заключение

Что такое страдание

Страдание с точки зрения философии буддизма, пронизывает всю нашу жизнь. На санскрите оно обозначается термином «дукха». Он означает желания, пристрастия в нашей жизни, которые приводят к неприятным ощущениям и становятся болезненными.

С понятием страдания связаны четыре благородные истины. О них говорится еще в одной из первых проповедей Будды Шакьямуни, которая была записана в «Дхамма-чака-паваттана-сутте» на языке пали, больше известной нам сейчас как «Сутра запуска колеса Дхармы».

Эти истины гласят о том, что в мире:

  • есть страдание;
  • пристуствует так же причина страдания;
  • возможно прекращение страданий;
  • существует путь, который к этому ведет.

О страдании говорит первая благородная истина – истина о дукхе. На пути к главной цели – просветлению – человек неизменно сталкивается с беспокойством, неудовлетворенностью, расстройствами, которые на языке буддийской философии можно назвать одним словом — «страдание».

Страдают существа во всех мирах: и боги, и духи в аду. Степень их страданий различается: жизнь в райских мирах и мире людей более счастливая, в аду же она сплошь наполнена болью. Страдают они потому, что таково свойство жизни.

При этом счастье – не антипод страданию. Наоборот, счастье тоже в конечном итоге ведет к страданию, ведь оно, как и все в этой жизни, имеет свойство заканчиваться.

Учение описывает 4 главных страдания:

  • рождение;
  • старение;
  • болезнь;
  • смерть.

Выходит, мы рождаемся в этом мире и уже страдаем. Причем последние три страдания объединяются в самый сильный вид страдания. Следом по силе идут непостоянство и обусловленность вместе с вытекающими из нее правилами, нормами жизни, которые не зависят от нас.

«А в чем состоит благородная истина о страдании? И рождение страдание, и старость страдание, и смерть страдание, и печаль, стенания, боль, уныние, отчаяние – страдание. С нелюбимым связь – страдание, с любимым разлука – страдание, и не получать то, чего хочется – страдание» (Сутра запуска колеса Дхармы).

При этом, согласно буддийской философии, нельзя просто убежать от страдания или перестать размышлять о нем. Важно прийти к пониманию его природы.

Какова его причина

На этот вопрос отвечает вторая благородная истина — «дукха самудая». Она раскрывает происхождение, появление страданий.

И здесь мы узнаем, что причиной всех страданий является привязанность. А привязанность, в свою очередь, заключается в постоянной жажде, стремлениях, влечениях – «танха».

Они могут выражаться как в самых обычных желаниях (физических и материальных), например, вкусно поесть, хорошо поспать, купить дом или новую машину, так и в более возвышенных — воле к самой жизни, в стремлении к счастью. Ведь если человек очень сильно чего-то желает, то это значит, что ему очень сильно этого не хватает, что часто вызывает такие чувства как печаль, зависть, страх или гнев.

При этом к желаниям относят также и полную их противоположность – ненависть. Влечение к тому, что кажется прекрасным, и отвращение к неприятному – этим в той или иной степени характеризуется жизнь людей, животных, птиц, насекомых, рыб и всех живых существ.

Кроме того, природа человека такова, что он ненасытен в своих желаниях. Достигнув исполнения одного, люди уже начинают мечтать о другом. В таком потоке постоянно растущих влечений они не могут стать удовлетворенными полностью, что приводит к разочарованию, а значит – страданию.

Желания заставляют совершать поступки, материализовать мысли, хорошие или плохие. Это приводит к появлению кармы, которая связывает причины и следствия. Карма же не дает вырваться из колеса сансары – бесконечной череды перерождений.

Негативная карма – следствие плохих мыслей, отвращения и даже привязанностей. А их источник, в свою очередь, лежит в неведении – «авидья», заблуждении, непонимании истинной природы мироздания.

Далай Лама XIV, лидер буддистов тибетского направления

Нынешний Далай-лама XIV Тэнзин Гьяцо в свое время написал очерк «Буддизм Тибета». Там он назвал две причины страдания:

  • омраченные действия;
  • скверны.

Омраченные действия – это плохие поступки, которые были совершены под действием мрачных мыслей, злых умыслов, помутненного сознания.

Скверны – это негативные чувства, которые омрачают сознание. Самые главные скверны – злость и желания. К ним также относятся эгоизм, гордыня, ложность взглядов, высокомерие.

Как его прекратить

Третья благородная истина говорит нам, что прекратить страдания можно. В первую очередь нужно отречься от желаний, очиститься от загрязненного сознания – привязанностей, скверн, отвращения.

Но теоретического понимания истины недостаточно. Необходимо постоянно практиковать медитацию, успокаивать ум, чтобы полностью очиститься. О том, как этого достичь, поведает нам Четвертая истина.

Стоит верно понимать разницу между отречением от желаний и отказом от нужд. Ведь даже Учитель Будда испытывал потребности: есть, спать, идти навстречу истине. На тропе Будды важно следовать «Срединным путем». Потребности продиктованы необходимостью — это то, без чего жизнь невозможна. Однако большинство из того, что мы желаем, необходимостью не является. 

Придерживаться «Срединного пути» значит избегать крайностей от полного аскетизма и самоотречения до пресыщения наслаждениями и материальными богатствами. В своей жизни нужно найти баланс между материальным и духовным миром.

Этот путь также называется «Восьмеричным путем». Он предполагает восемь составляющих, которые должны быть правильными с буддийской точки зрения и стать основой жизненного пути человека:

  • понимание – взгляды, которые строятся на четырех благородных истинах;
  • мысль, решимость – намерение следовать правильным путем, идти к освобождению;
  • речь – слова, наполненные добротой, искренностью, правдой и отвергающие ложь, нетерпимость, брань;
  • действие – поведение, которое отрицает причинение зла, ложь, воровство, прелюбодеяние, алкоголь;
  • образ жизни – только честные источники дохода, мирные пути заработка;
  • усилие – постоянное совершенствование, воспитание себя;
  • внимание – отказ от страстей, успокоение ума;
  • сосредоточение – постоянная практика, медитация, созерцание.

Когда человек преуспеет в восьмеричном пути, он может получить избавление от страданий, последующих перерождений, а значит – достигнет полного освобождения, или нирваны.

Кстати, слово «нирвана» с санскрита переводится как «постепенное угасание огня».

Заключение

Сегодня мы с вами рассмотрели подробнее причины страданий. Мы обязательно продолжим эту тему в последующих статьях.

Большое спасибо за внимание, дорогие читатели! Если вам понравилась эта статья, и вы почерпнули из нее что-то полезное для себя — поделитесь ссылкой с друзьями в социальных сетях.

И присоединяйтесь к нам — подписывайтесь на блог, чтобы получать новые интересные посты себе на почту!

До скорых встреч!

o-buddizme.ru

Феномен страдания в буддийской традиции

Издревле человечество пыталось дать исчерпывающее объяснение страданий на основе религиозного опыта, который предполагает их целостное, предельное осмысление и полноценное преодоление. Религия максимально заостряет внимание человека на проблеме недолжного состояния мира и предлагает реальные средства для ее разрешения. В связи с этим, целесообразно рассмотреть, как различные религиозные традиции осмысляют феномен страдания, и сопоставить их позиции. В данной работе рассматривается буддизм как одно из наиболее древних и значимых явлений в религиозной и культурной жизни человечества.

Как правило, все работы, посвященные буддизму, затрагивают тему страдания, но чаще всего исследователи не посвящают ей целенаправленного, автономного и систематического исследования, ограничиваясь указанием на фундаментальное значение этой проблемы для всех направлений буддизма. Новизна данного исследования заключается в системном подходе к рассмотрению страданий, что позволяет целостно постичь смысловое измерение этого феномена. Предполагается изучить проблему с различных сторон, в том числе в конкретно-практическом аспекте, что также является оригинальностью данной работы. Разносторонний подход призван сформировать логические позиции для сравнения буддизма с другими религиозными традициями по вопросу страданий.

Понятие «страдание» является базисным для адекватного восприятия буддийского мировоззрения. Но в то же время не все исследователи уделяют отдельное внимание смысловому наполнению этого термина, а также корректности его перевода на русский язык. Рассмотрев различные варианты перевода термина «дуккха» с палийского или с санскрита, мы пришли к выводу, что проблему перевода нельзя решить однозначно. Во избежание ошибок и дальнейшего неправильного понимания значения этого термина предлагается оставить традиционный вариант перевода «дуккха» как «страдание» в качестве наиболее выразительного русского эквивалента.

 Контекстуальный и этимологический анализ показал, что значение термина «страдание» не сводится к обозначению физической и психической боли. В буддийской традиции «страдание» отображает фундаментальную неудовлетворенность от претерпевания чего бы то ни было, от претерпевания как такового. Такой подход формирует представление о смысле существования человека, подводит нас к переосмыслению феномена страдания. На соответствующем этапе работы мы приходим к выводу, что неудовлетворенное состояние сопровождает человека в течение всей его жизни и порождает соответствующий смысл: освобождение или иными словами преодоление страдательного состояния.

Человек и мир в консервативно настроенном буддизме представляют собой парадоксальную и абсолютно бессмысленную вовлеченность в этот процесс претерпевания. В буддизме, наличие страданий объясняется механистически как кармическое воздаяние по безличному закону причинно-следственного возникновения. Причинно-следственная связь представляет собой логическую цепочку из звеньев, каждое из которых обуславливает последующее за ним, являясь его причиной. Таким образом, причинно-следственные отношения подчиняют человека, заставляя его испытывать страдательное состояние. В итоге, страдания не имеют никакого положительного смысла, и человек видит цель жизни лишь в преодолении недолжного состояния.

Аксиологическая проблематика страданий выявляется  при рассмотрении факта служения бодхисаттв (согласно махаянской традиции). Бодхисаттвы отказываются от конечного пункта буддийского страдания – от достижения нирваны – и, таким образом, становятся буддами ради блага всех существ. Личное освобождение, как таковое, уходит на второй план, несмотря на то, что это и есть главная цель страдания. Данный феномен позволяет обнаружить аксиологическую проблематику страдания. Личное освобождение теряет свою важность, новую оценку приобретает акт милосердия, служения другим. В этом состоит парадокс буддийского мировоззрения, так как идеалом образа жизни раннего буддизма является самоспасение.

В связи с частным преодолением страдательности, мы выделяем практический аспект поиска решения данной проблемы. Для этого небходимым стало исследование махаянской буддийской традиции. Философская система именно этого направления подсказала, что существует возможность предоления страдания вне аскетического образа жизни буддийской монашеской общины (сангхи). Махаянская традиция предлагает специальную практику для преодоления страдательного состояния каждого живого существа (санскр. upaya). Упайя акцентирует внимание практикующего на собственных специфических техниках и методах прекращения страданий.

Знаменитая история из Лотосовой сутры часто преподносится как пример упайи. Один человек, вернувшись домой, обнаружил, что его дом в огне, а дети его внутри играют с его любимыми игрушками. Он начал кричать детям, чтобы они убегали из горящего дома, но дети не поверили в то, что дом горит, и продолжали играть внутри. Поразмыслив о том, как он может использовать подходящие средства для убеждения, человек сказал детям, что принес позолоченную тележку и игрушечного быка для них, и эти игрушки ожидают их снаружи. Услышав это, дети выбежали из дома и были спасены. Наиболее важное в концепции упайи – ясный ум и сострадание, преподаваемые частными уроками для ограниченной аудитории.

 В вопросе о частном преодолении страдательности мы отдаем предпочтение махаянской буддийской традиции, так как она предлагает путь избавления от страданий каждому существу вне аскетического образа жизни. Однако фундаментальное преодоление страдательности рассматривается все же в контексте Четвертой Благородной Истины и Восьмеричного Пути, являющихся неизменными доктринами во всех направлениях и школах буддизма.  В данном контексте, мы можем утверждать, что в данной исследовательской работе рассматриваем «классический буддизм», хотя факт существования классического буддизма как такового является оспоримым.

Преодоление страданий для консервативно настроенного буддизма не является достижением чувственного или духовного блаженства. Нирвана есть запредельное состояние, в котором преодолевается претерпевание чего бы ни было: как страдания, так и блаженства. Это понятие предполагает свободу от желаний и привязанностей в том смысле, что они перестают влиять на человека. Также нирвана дает полное освобождение от круга рождений (сансара). Страдая в течении всей своей жизни, достигая нирваны, человек не получает никакого вознаграждения, так как состояние нирваны не предполагает блаженства. В этом случае, мы очередной раз убеждаемся в том, что жизнь в понимании буддийской философии – ущербное претерпевание. Вследствие проблемы нестрадательного состояния, ценность пребывания в сансарическом существовании теряется. В связи с этим фактом многие исследователи отмечают пессимистический характер буддийской религиозной традиции. На первый взгляд, эта позиция вполне оправдана, так как ценность существования человека теряется в контексте буддийских доктрин. Однако систематическое исследование показывает, что наличие цели жизни, смысла страдания, хоть отнюдь не положительного, сглаживает черты пессимизма в буддизме.

В перспективе буддийский взгляд на страдание будет сопоставляться со взглядами иных религиозных традиций на этот счет, в частности, ислама и христианства.

Литература:

1.      Ермакова Т.В. Классический буддизм/ Т.В. Ермакова, Е.П. Островская. – СПб.: Петербургское Востоковедение,1999. – 283 с.

2.      Парибок, А.В. Методологические аспекты буддизма.[Электронный ресурс]. http://psylib.org.ua/books/_parib01.htm

3.      Розенберг, О.О. О миросозерцании современного буддизма на Дальнем Востоке. [Электронный ресурс]. http://psylib.org.ua/books/_rozeo01.htm

4.      Торчинов Е.А., Введение в буддизм: курс лекций/ Е.А. Торчинов. – СПб.:Амфора,2005. – 432 стр.

5.      Торчинов Е.А. Пути философии Востока и Запада:познание запредельного/Е.А.Торчинов. – СПб.:Азбука-классика: Петербургское востоковедение, 2005. – 480 стр.

moluch.ru

Дхарма: страдание - Буддизм

Здесь используется санскритское слово «духкха», которое обычно переводится как «страдание», но лучше было бы переводить его – хотя это и несколько громоздко – как «неудовлетворенность». Возможно, лучше всего обратиться к его этимологии: хотя традиционное изложение происхождения слова духкха уже не является общепринятым, оно все же дает нам правильную и точную картину.

 

«Дух-» - это приставка, обозначающая все, что не является хорошим – плохое, больное, неправильное или неуместное, а «кха», основная часть слова, как полагают, связана с санскритским словом «чакра», что значит «колесо». Поэтому говорится, что слово «духкха» первоначально означало плохо прилаженное колесо повозки, что приводило к тряской, неприятной поездке, и путешествие не могло быть ни удобным, ни легким.

 

Все это касается обычного образа духкхи. Однако если мы присмотримся ближе, мы увидим, что это неудобство или страдание настигает нас во многих разнообразных формах – и Будда обычно говорит о семи. Во-первых, он говорит, что рождение – это страдание: человеческая жизнь начинается со страдания. Выражаясь более поэтически словами Оскара Уайльда, «в рождении ребенка или звезды есть боль». Как бы мы это ни выражали, это великая духовная истина; важно, что наша жизнь начинается со страдания.

 

Безусловно, роды физически болезненны для матери и, как следствие, зачастую эмоционально болезненны для отца, в то время как для младенца, как говорят, это травмирующий опыт. Очень неприятно оказаться внезапно выброшенным из мира полной гармонии в утробе в холодный, странный мир, в котором первым приветствием, скорее всего, становится шлепок по ягодицам.

 

Во-вторых, как говорит Будда, старость – это страдание. Одно из неудобств старости – физическая слабость: вы больше не можете передвигаться с легкостью и подвижностью, как раньше. Кроме того, происходит потеря памяти: вы не можете вспомнить имена или место, куда вы положили вещи. Ваш ум уже не столь гибок и быстр, как раньше. Когда это вырождение превращается в старческую дряхлость, это страшно наблюдать, особенно у тех людей, которые когда-то были известны. Возможно, болезненнее всего то, что старея, вы вынуждены зависеть от других: вы не можете сами себя обслуживать, возможно, вам даже необходим постоянный присмотр медсестры или родственников. Несмотря на все современные удобства и приспособления – и часто в результате современных достижений медицины – многие из нас будут ощущать эти страдания, особенно если мы доживем до очень преклонного возраста.

 

В-третьих, болезнь – это страдание. Будь это зубная боль или такая неизлечимая болезнь, как рак, ни одна болезнь не может быть приятной. Страдание заключается не только в физической боли: есть также беспомощность, страх и отчаяние. Медицина иногда может облегчить страдания от болезней, но нет никаких признаков того, что когда-нибудь она сможет искоренить их окончательно. Кажется, что, как только мы избавляемся от одной болезни, появляется другая. Как только побежден один вирус, возникает новый, более мощный штамм вируса. А как только мы ощущаем себя физически вполне здоровыми, у нас начинают развиваться всякие психические нарушения, все более и более сложные неврозы и загадочные симптомы, и все это сопровождается страданием. Почти любое ощущение несовершенства в нашей жизни может привести к какой-либо болезни: стресс приводит к сердечным приступам, усталость превращается в синдром, привычка становится злоупотреблением. Поэтому, хотя и кажется, что болезнь может изменить свой облик, она не отступает.

 

В-четвертых, смерть – это страдание. Мы страдаем, когда умирают дорогие нам люди, мы страдаем, когда наблюдаем, как жизнь уходит по каплям из физического тела, с которым мы так долго связывали любимого человека. Мы страдаем, зная, что любимый человек скоро умрет, страдаем, потому что знаем, что тоже разрушимся. Большая часть нашего страдания, связанного со смертью, это, конечно, просто страх. Большинство из нас снесет большое количество страданий, прежде чем выберет умереть, столь велик ужас перед неизбежным завершением нашего существования:

 

Самая скучная и отвратительная жизнь в мире,

Которой возраст, боль, нужда и заточение

Могут обременить природу, – рай

По сравнению с ужасающей нас смертью.

 

Люди далеко не всегда чувствуют, что готовы умереть. Им жаль покидать место, где провели жизнь в трудах, удовольствиях и достижениях. Даже если они хотят уйти, даже если они вполне счастливы, что перейдут к новой жизни или к тому, чего они не знают, все же физический процесс разрушения сопровождается болью. И иногда вместе с этим возникает много психических страданий. Иногда на смертном ложе людей настигает раскаяние: они вспоминают ужасные несправедливости, которые они творили, ужасный вред и боль, которую они причинили тем или иным людям, и, вследствие этого, у них возникают страхи и опасения относительно своего будущего. Все это делает смерть для многих людей ужасающим опытом, о котором до его наступления всеми силами они стараются не думать.

 

В-пятых, контакт с тем, что нам не нравится, – это страдание. Мы все об этом знаем. Возможно, даже среди членов нашей собственной семьи есть люди, с которыми нам не хочется иметь дела. Это очень печально, особенно нам не нравятся наши собственные родители или дети. Поскольку присутствует кровная связь, даже привязанность, нам все же приходится общаться с ними так или иначе, и это может быть очень болезненным.

 

Работа, которую мы выполняем, также может быть источником страдания, если мы делаем ее лишь затем, чтобы заработать себе на жизнь, и если это – единственная работа, которую мы можем найти. Возможно, и здесь нам приходится смиряться с тем, что нам не нравится, и работать с людьми, которые кажутся нам чуждыми по духу, в течение продолжительного периода времени, несмотря на то, что мы бы лучше занялись чем-нибудь еще.

 

Есть также различные условия окружающей среды, которые могут причинять нам неудобства: загрязнение, шум, погода. Несомненно, не каждый может уехать и поселиться на вилле в Греции. Поэтому кажется, что нет никакого выхода – и, безусловно, никакого окончательного выхода не существует. Вам просто приходится жить среди людей и вещей, в местах и условиях, которые вам совсем не нравятся.

 

В-шестых, расставание с тем, что нам нравится, причиняет страдание. Этот вид страдания на самом деле может быть очень мучительным. Есть люди, с которыми нам хочется быть рядом, встречаться чаще – родственники, друзья, но вмешиваются обстоятельства, и это становится просто невозможным. Это часто происходит во время войны, когда разрушаются семьи – мужчин призывают и отправляют на далекие поля сражений, детей отправляют в безопасные места, а многие просто пропадают в изгнании.

 

Я сам помню, что, когда я во время войны служил в Индии связистом, многие из моих друзей получали письма из дома регулярно, каждую неделю или около того, а затем наступал день, когда письма переставали приходить. Они обычно не знали, что произошло, но знали, что на Англию падают бомбы, поэтому через какое-то время они начинали подозревать самое страшное. Со временем они, возможно, получали известия, или от другого родственника, или от официальных властей, о том, что их жена и дети, или родители, или братья и сестры погибли при авиабомбардировке. Это самое ужасное страдание – постоянная разлука с теми, кого мы любим. Некоторые люди никогда не оправляются от этих мучений и носят в себе эту потерю всю оставшуюся жизнь.

 

В-седьмых, не получить того, чего мы желаем, – страдание. Нет нужды много говорить об этом. Когда вы увлечены кем-то или чем-то и вам не удается достичь цели, когда награда не падает на вас сверху, то вы чувствуете разочарование, отчаяние и даже горечь. Мы все испытывали подобный кратковременный опыт, когда нам не удавалось устроиться на работу, которая нам особенно нравилась, или нас не избирали для какой-то цели, или мы обнаруживали, что кто-то получил что-то или кого-то до нас.

 

Жизнь некоторых людей полна разочарования, отчаяния и горечи, потому что они чувствуют, что жизнь чего-то им недодала – и, конечно, чем сильнее желание, тем мучительнее страдание. Но даже в малом мы встречаемся с подобным каждый день, если не каждый час – например, когда обнаруживаем, что пирог закончился.

 

Таковы семь разных аспектов духкхи, описанных Буддой. В одном месте Будда утверждает: «Все, чему я учу, – страданию и прекращению страдания». И, действительно, освобождение от пут страдания – это ключевой момент его учения. В писаниях Палийского канона он сравнивает себя с врачом, который пытается избавить своего пациента от мучительной болезни – болезни обусловленного существования, которой заражены все мы. Конечно, мы не всегда послушные пациенты, что, несомненно, обнаружил Будда. Но во многих случаях, говоря о страдании и пытаясь помочь людям увидеть его в перспективе, он заканчивал свою проповедь словами о том, что существование в целом болезненно, что вся полнота опыта обусловленных живых существ, в котором соединились форма, ощущение, восприятие, волевые акты и сознание, не приносит удовлетворения.

 

Здесь большинство людей сказало бы, что это зашло слишком далеко, что это пессимистичный, если не патологический взгляд на жизнь. Они сказали бы, что человеческое существование ни в коем случае нельзя назвать не приносящим удовлетворения и болезненным все время. Они признают, что рождение болезненно, согласятся, что болезнь, старение и, да, смерть действительно болезненны. Но в то же время они с неохотой признают вывод, который из этого всего следует: что само обусловленное существование есть страдание. Все обстоит так, как будто бы они признавали все слагаемые суммы по отдельности, но не хотят принимать сумму, которую они составляют. Они говорят: да, есть определенное количество страданий в мире, но в целом это не такое уж плохое место. К чему быть столь пессимистичными? Есть много поводов улыбаться. Пока есть жизнь, есть надежда.

 

И, конечно, это так. У нас бывают приятные переживания, равно как и неприятные. Но с точки зрения буддизма даже приятные переживания по своей сути болезненны. На самом деле в них есть только страдание, спрятанное, затушеванное, отсроченное, – показной оптимизм. И то, в какой степени мы можем это видеть, видеть страдание за позолотой удовольствия, «череп под кожей», зависит от нашей духовной зрелости.

 

Эдвард Конзе выделял четыре аспекта скрытого страдания. Во-первых, то, что доставляет удовольствие одному, может приводить к страданиям других людей, других живых существ. Конечно, мы не склонны задумываться об этом. Если мы в порядке, если у нас все благополучно, мы не слишком сильно и не слишком часто заботимся о других. «Все в порядке, Джек», – это слова более или менее обобщают такое отношение. Самый простой пример этому – то, как искренне радуются люди, поедая плоть забитых животных. Они весело орудуют вилкой и ножом, сознательно не думая о страданиях живых существ.

 

Но бессознательный ум не так просто обмануть. Вы можете сознательно отгородиться от некоторых неприятных фактов, но бессознательно вы все замечаете и ничего не забываете. Возможно, вы совсем не подозреваете об этом факте сознательно, но он окажет на состояние вашего ума влияние, тем более сильное, поскольку оно незримо. Так у нас развивается «иррациональное» чувство вины, потому что в глубине себя мы знаем, что наше удовольствие куплено ценой страданий других живых существ. Эта вина – источник постоянной тревоги и беспокойства.

 

Конзе приводит пример с богатыми людьми, которые почти всегда боятся обеднеть. Он говорит, что так происходит, потому что бессознательно они чувствуют, что не заслужили этих денег. Бессознательно они чувствуют, что их должны у них забрать, а сознательно беспокоятся, что эти деньги у них когда-нибудь отберут. Напротив, вы можете заметить, что бедные люди, которые, возможно, даже не знают, что будут есть на следующей неделе, редко беспокоятся об этом. Они обычно более расслаблены и оптимистичны, чем богатые.

 

Возможно, состоятельные люди страдают от бессознательного чувства вины, потому что, как бы они ни отрицали это сознательно, они знают, что их богатство «запятнано»: его получение принесло страдание другим людям, прямо или косвенно. Соответственно, они чувствуют постоянную необходимость оправдываться. Они говорят: «Я зарабатываю деньги, я вношу вклад в благополучие общины, я предлагаю услуги, нужные людям, я обеспечиваю рабочие места…» Еще они говорят: «Что ж, я богат, а остальные бедны, потому что я работаю упорнее, я иду на риск – по крайней мере, я не прошу подачек…»

 

Если чувство вины заходит слишком далеко, тогда для его облегчения необходимы сильнодействующие средства, и самое мощное из них – отдать часть богатства церкви, больнице или куда-либо еще. Популярнее всего больницы, потому что вы можете компенсировать страдания, причиненные при получении богатства, отдавая его часть для облегчения страданий других. Это называется «анонимное возмещение ущерба». Если кто-то имеет дело с религиозными организациями, он вскоре научится распознавать такие пожертвования. Иногда их просто кладут в почтовый ящик в конверте с подписью «от анонимного жертвователя». Тогда вы понимаете, что кого-то действительно грызет совесть.

 

Второй вид скрытого страдания по Конзе – приятное переживание, в котором есть привкус беспокойства, потому что вы боитесь его потерять. Такова политическая власть: очень приятно властвовать над другими людьми, но вы всегда боитесь повернуться к кому-то спиной, потому что не знаете, можете ли доверять даже лучшему другу или вашему же охраннику у двери. Вы все время боитесь потерять свою власть, особенно если вы захватили ее силой, и другие только и ждут возможности взять ее в свои руки. В таком положении вам нелегко спать по ночам.

 

Традиционно в буддизме такие ощущения иллюстрируются примером с ястребом, летящим с куском мяса в когтях. Конечно, следом за ним обязательно кинутся десятки других ястребов, пытаясь выхватить этот кусок мяса, и они попытаются достичь своей цели, нападая и клюя не кусок мяса, но владельца этого мяса, ударяя его клювом по туловищу, по крыльям, по голове, по глазам. Мир финансов, бизнеса и сферы развлечений, мир высокой конкуренции, подобен этому. Любое удовольствие, подразумевающее власть или общественное положение, смешано с долей беспокойства из-за ощущения, что другие будут рады занять место на вершине твоей персональной навозной кучи.

 

Третье скрытое страдание, как указывает Конзе, – это нечто приятное, но привязывающее нас к чему-то, что несет с собой страдание. Он приводит пример с человеческим телом. Хотя мы испытываем всяческие приятные переживания, мы также испытываем и множество неприятных ощущений. Поэтому наша привязанность к тому, что дает нам приятные ощущения, привязывает нас также и к неприятным ощущениям. Мы не можем иметь одного без другого.

 

И, наконец, Конзе высказывает предположение, что скрытое страдание можно обнаружить в том факте, что удовольствия, полученные от наслаждения обусловленными вещами, не могут удовлетворить глубочайшие желания нашего сердца. В каждом из нас есть нечто Необусловленное, что-то не от этого мира, что-то запредельное, природа Будды, называйте как хотите. Как бы вы это ни называли, вы можете распознать это по тому, что оно не может быть удовлетворено ничем обусловленным. Оно может быть удовлетворено только Необусловленным.

 

Поэтому, какими бы обусловленными вещами мы не наслаждались, есть всегда какой-то недостаток, пустота, которую может заполнить только Необусловленное. В конечном счете, именно по этой причине – если вернуться к выводу, сделанному Буддой – все обусловленные вещи явно или скрыто не могут принести удовлетворения и причиняют боль. Именно в свете Необусловленного страдание, духкха, несомненно является характеристикой всех форм обусловленного существования, в особенности обусловленного существования живых существ.

buddhayana.ru

Размышления о Благородной Истине Страдания / Буддийская Философия

2.1.2.2.1. Размышления о Благородной Истине Страдания

 

Во-первых, когда Будда сказал, что Благородную Истину Страдания необходимо признать, что он имел в виду? Какой смысл заключается в том, чтобы признать страдание? Смысл этой Истины состоит в том, что если вы не хотите страдать, то, во-первых, должны узнать, что такое страдание, получить полное знание о страдании и признать страдание как факт. Например, если вы хотите избавиться от страданий, доставляемых каким-то заболеванием, то первое, что вы должны сделать, это полностью изучить это заболевание, узнать что это такое. В противном случае вы будете принимать симптомы за саму болезнь и станете лечиться от симптомов, не понимая истинного источника заболевания. К примеру, если вы больны туберкулезом и хотите вылечиться от него, то должны узнать, что за болезнь туберкулез, и не пытаться лечить лишь симптомы туберкулеза, то есть кашель и высокую температуру, принимая эти симптомы за сам туберкулез. То же самое – с нашими страданиями. У нас очень много разнообразных телесных и умственных страданий. Вы должны понять, что такое страдание, всесторонне и в полном объеме. С точки зрения буддизма то,  что мы обычно считаем страданием, на самом деле – всего лишь симптомы страдания, а настоящее страдание – это нечто другое. Поэтому в буддизме принято различать три вида страдания. 

Первый вид – это называется страдание от страдания. Этот вид страдания хорошо знаком всем. Все наши головные боли, какие-то болезненные ощущения, депрессии, физические и душевные муки – все это и является страданием от страдания. 

Второй вид страдания называется страданием перемен. Что это значит? Когда одно экстремальное страдание сменяется другим экстремальным страданием, то период этой смены мы воспринимаем с облегчением и думаем, что это счастье, но в действительности – это не что иное, как страдание перемен. 

Например, если вы холодной зимой были на улице и очень сильно замерзли, а потом пришли домой и сели у камина, то  несколько мгновений, в течение нескольких минут вы будете совершенно счастливы. Но в действительности – это никакое не счастье: просто страдание от холода сменяется страданием от жары. Чем больше вы будете сидеть у огня, тем более будет проявляться страдание от жары. 

Когда какой-то человек страдает из-за того, что у него нет партнера, спутника жизни, то он, живя в одиночестве, думает, что если бы у него был спутник жизни, он был бы очень счастлив, и что все его проблемы были бы решены. Когда он, наконец,  знакомится с кем-то и начинает вести совместную с ним жизнь, в начале совместной жизни, некоторое время, он счастлив. Но в действительности что произошло? Страдание, доставляемое отсутствием супруга или супруги, сменилось новым страданием – страданием от наличия супруга или супруги. Но в тот короткий период, пока новое страдание еще не набрало силу, человек принимает страдание перемен за счастье. Но уже вскоре страдание от наличия партнера по жизни начинает все более  возрастать и наступает момент, когда оно становится больше, чем прежнее страдание от отсутствия партнера. И этому человеку захочется расстаться со своим спутником. Они расстаются. И тогда у него возобновляется  страдание от отсутствия партнера. Он находит себе нового партнера – второго мужа или жену и всё повторяется. Так проходит вся жизнь, впустую проходит. 

По большей части мы привязываемся именно к страданиям перемен. Мы не осознаем, что страдание перемен – это страдание, не воспринимаем его как страдание, мы полагаем, что это счастье, и все время стремимся к нему, думаем, что это счастье, но когда мы обретаем это «счастье», то оказывается, что мы избавляемся тем самым от одних страданий, но у нас возникают новые страдания. 

И, таким образом, применяя эти мирские методы, мы устраняем с их помощью одни страдания и неизменно обретаем другие страдания, потому что цель, к которой мы стремимся,  – не является настоящим счастьем: на самом деле мы стремимся к страданию перемен. Однако, когда люди осознают, что страдания перемен – это страдания, то меняется их отношение к этому виду страдания. Они уже больше не привязываются к страданиям перемен, принимая их за счастье: если есть такое «счастье» – то это нормально, если нет его, то это не огорчает их, поскольку по сути это – вид страдания. Этих людей начинают гораздо меньше интересовать мирские дела и мирские методы достижения счастья и всё более их начинают интересовать духовные вещи и методы обретения настоящего счастья. 

Таким образом, наши влечения и страсть к мирским вещам возникают из-за непонимания того, что страдание перемен – это страдание. Это – сущностное наставление. Очень многие из наших проблем возникают из-за того, что мы что-то неправильно понимаем, к чему-то неправильно относимся. Проверьте – и убедитесь в этом сами. Мы столько усилий и трудов вкладываем в очень малозначительные и мелкие вещи, которые – даже если вы их обретете – мало что изменят в вашей жизни. Все восемь мирских дхарм суть страдание перемен: все это не приносит настоящего счастья.

Третий вид страдания называется «всепроникающее страдание». Под всепроникающим страданием следует то, что наши тело и ум, поскольку мы переродились под контролем омрачений, имеют природу страдания. В силу рождения под властью клеш наши пять скандх – это словно одна большая сплошная рана, не видимая глазу. И именно это становится основой для нашего страдания. Поэтому, если вы не хотите страдать, то нужно залечить эту невидимую рану тела и ума, являющуюся следствием зараженности скверной клеш. По каким признакам мы можем узнать, что имеем невидимую рану тела? Это, например, то, что наше тело очень легко замерзает от холода, ему очень подвержено страданиям от жары, оно очень страдает от голода, жажды, болезней, старости: все это относится к невидимой ране нашего тела. А наш ум очень сильно подвержен разнообразным расстройствам, он с легкостью огорчается из-за каких-то мелочей, из-за любого слова он может впасть в состояние депрессии: всё это как раз свидетельствует о невидимой ране вашего ума. Но как мы можем доказать тот факт, что в сознании людей существует невидимая рана? 

Возьмем для примера двух людей. Один из этих людей благодаря духовной практике излечился от этой умственной раны. У другого человека – очень большая рана в уме. Вот они находятся вместе – эти два человека. К ним подходит третий человек, который говорит им: «Эй, вы, два болвана, чем тут занимаетесь?». Одно и тоже слово «болван» было адресовано им обоим. Как воспринял это слово тот человек, у которого не было раны в уме? Для этого человека слово «болван» ничего не значило. Он не воспринял его как личное оскорбление, для него это было просто пустое слово. Почему это так? Потому что у него не было раны. Слова – как палец, который прикасается к оголенной ране, если у вас на руке нет этой раны, то можно сколько угодно тыкать в вашу руку  пальцем, и вы не почувствуете боли. Если же чужой палец попал вам в рану, то вам сразу же станет больно: боль в этом случае является естественным следствием того, что у вас есть рана. Поэтому второй человек, поскольку у него была в уме рана, – привычка считать себя очень умным человеком, намного умнее других, –услышав слова «два болвана», тут же персонализирует эти слова, воспринимает их как личное оскорбление и, возмутившись, вскидывается на того человека: «Как ты посмел оскорбить нас! Я – москвич!». А для людей, которые залечили эту рану, для них, наоборот, неприятные слова в свой адрес становятся своеобразным «массажем» для ума. Чем чаще они слышат подобные слова, тем более их ум становится «упругим», как хорошо накачанный мяч. И они даже испытывают благодарность за хороший «массаж».  

Когда раны нет, то слова действуют как пальцы, которые касаются вашего здорового тела, и не возникает неприятных ощущений. Наоборот, чем больше пальцы прикасаются к вашему телу, как бы массируя его, тем это вам приятнее и тем полезнее, потому что укрепляются мышцы вашего тела. 

Итак, если вы хотите освободиться от страданий, вам нужно избавиться от этого третьего вида страдания – всепроникающего страдания, которое подобно невидимой ране. А что мы делаем в настоящий момент? Все люди, вне зависимости от того, духовные они или не духовные, в одинаковой степени хотят освободиться от страданий. Но в настоящий момент большинство из нас прибегает к методам изменения внешних условий. Мы не лечим свою умственную рану и просто хотим оградить ее от многочисленных рук, которые тянутся к ней, чтобы прикоснуться к этой ране. И поэтому мы – с целью защиты своей раны – отталкиваем все эти руки, которые к ней тянутся и могут ее задеть. То есть, мы пытаемся изменить внешние условия, внешние обстоятельства. Мы очень много сил затрачиваем на изменение внешних обстоятельств. Но какого результата мы достигнем, изменив внешние условия? Мы строим столько быстрых самолетов, суперсовременных машин и так далее. Но что это меняет? Проблемы у нас остаются те же самые. 

Я не отрицаю того факта, что вообще-то материальное развитие несет с собой пользу для человечества. Все великие мастера прошлого знали, что такое материальное развитие, и как заниматься этим материальным развитием. Но они также знали и то, что путем одного лишь материального развития мы не сможем решить свои проблемы.  Шантидева сказал: «Если вы попытаетесь устлать всю поверхность земли кожей, чтобы защитить свои ноги от колючек, то вам не хватит кожи, для того чтобы устлать ею всю поверхность земли». Поверхность земли так велика, что вы не сможете ее всю покрыть кожей. Чтобы вам не было больно ходить по земле. Как сказал Шантидева, «лучший способ защитить себя от колючек – это покрыть свои стопы маленькими кусочками кожи, и тогда – куда бы вы ни отправились – вашим ногам нигде не будет больно». Ясно, да? 

Итак, когда вы думаете об этих всех трех видах страдания, – страдании от страдания, страдании перемен и о всепроникающем страдании, –  то в глубине вашего сердца рождается очень сильное, такое искреннее, желание освободиться от этих трех видов страдания. Кроме того, различают ещё и шесть видов страдания, восемь видов страдания. Я уже объяснял вам, что это за виды страдания, и не хочу повторяться. Но вы должны сказать себе: «Пока я нахожусь под властью клеш, я всегда буду находиться в природе страдания». В сансаре не бывает настоящего счастья. Все то, что мы принимаем за счастье, – в действительности счастьем не является. Всё это – страдание перемен. Обычно нормальные люди, когда они видят, как другие люди получают удовольствие от наркотиков, то понимают, что это не настоящее счастье, а всего лишь наслаждение, которое дарят этим людям их собственные галлюцинации. И точно так же Арьи знают, что испытываемое нами счастье, – когда мы с удовольствием пьем вино, купаемся в море, загораем и т. д., – всё это не является настоящим счастьем. Они знают, что всё это сансарическое счастье суть страдание перемен: уже через несколько минут то, что было счастьем, способно превратиться в страдание. Вы сами знаете это хорошо, когда случается переесть вкусной еды. Но, тем не менее, цепляетесь за мирские удовольствия, как маленький ребенок, который все сладости, имеющиеся на столе, сначала загребает к себе поближе, думая, что всё это он съест один. Ему в это время не хочется ни с кем делиться, и он есть одну конфету за другой. Но вот удовольствие начинает превращаться в страдание, и ему уже не хочется любимых сладостей, он отталкивает их от себя и предлагает полакомиться остальным. Если бы еда действительно приносила вам настоящее счастье, то чем больше бы вы ели, тем счастливее вы должны были бы становиться. Однако это не так: если вы через десять-пятнадцать минут все еще продолжаете кушать, то вместо счастья эта еда начнет приносить вам мучение. Если вы проведете тщательный анализ, что вам дает вкусная пища? В действительности эта пища утоляет ваши страдания от голода, но затем страдание от голода сменяется страданием от принятия пищи. В сущности же, страдание от принятия пищи начинается в тот момент, когда вы только приступаете к еде, с первой ложки. Поэтому, если вы внимательно изучите все эти ситуации, когда вы испытываете мирское счастье, то поймете, что те мирские методы, которыми мы пользуемся для достижения счастья, не очень-то искусны. 

Наша ошибка в том, что мы, стремясь избавиться от страдания, используем для этого метод устранения грубого страдания. Но на смену одному виду грубого страдания тут же приходит другой вид страдания, но его мы уже не пытаемся устранить, принимая его за счастье. Это – ошибка. На этой ошибке построены все мирские методы достижения счастья. Они устраняют одно страдание, но зато приносят другое страдание. И, таким образом, страданиям нашим нет конца. 

Итак, для того чтобы породить в себе Отречение, мы должны сначала очень хорошо, в подробностях, изучить все пороки сансары. Если вы не достаточно ясно и отчетливо понимаете ущербность сансары, то все ваше Отречение будет лишь на словах. Для того чтобы ученики смогли очень хорошо и ясно осознать, в чем заключается порочность сансары, в своем труде «Ламрим чен-мо» Лама Цонкапа говорит о трех видах страдания, о восьми видах страдания и шести видах страдания. И все эти виды страдания иллюстрируют ущербность сансары. Мы испытывали все эти страдания с безначальных времен и продолжаем переживать их сейчас. Если сейчас, пока мы имеем человеческое тело, мы не попытаемся освободиться полностью от омрачений, то вновь и вновь будем испытывать в будущих перерождениях все те же самые страдания, и все будет повторяться циклично, по кругу. Только представьте себе в качестве примера, что все ваши занятия, все, чем вы в жизни занимаетесь, – ваш бизнес и другие дела, – все это вы делали раньше бесчисленное количество раз. Вы делали уже все. Нет ничего, чего бы вы еще не делали. И нет того вида страдания, которое вам не довелось бы испытать. Но, поскольку вы по-прежнему руководствуетесь неверной теорией, то надеетесь и теперь на то, что счастье вам может даровать только тот или иной внешний объект, и, как и в прошлых жизнях, ставите себе цели обрете

web-dvd.okis.ru

Основные принципы и законы буддизма

Две с половиной тысячи лет назад в нашем мире воплотился Учитель богов и людей — Будда Шакьямуни. Бессчётные кальпы Татхагата накапливал опыт в нашем и других мирах, а также взращивал в себе сострадание ко всем живым существам. В сутрах сказано, что на нашей земле можно в любом месте уронить горчичное зерно, и это будет место, где Татхагата пожертвовал собой ради какого-то живого существа. О прошлых воплощениях Будды Шакьямуни можно почитать в таких писаниях, как Джатаки. Очень поучительные истории, которые дают понимание о причинно-следственной связи. Там описаны такие удивительные хитросплетения жизней, судеб и перевоплощений, что просто удивительно — насколько в нашей Вселенной всё взаимосвязано, а самое главное — справедливо и закономерно.

Разумеется, в Джатаках не описана и тысячная доля того опыта, который накопил Татхагата во время своего долгого пути саморазвития, но определённое понимание обрести можно. И, исходя из этого колоссального опыта, Будда Шакьямуни преподал человечеству своё учение — совершенную и нетленную Дхарму.

Будда Шакьямуни воплотился в семье царя — так проявилась его благая карма. На тот момент он, конечно же, ещё не был Буддой — он был принцем по имени Сиддхартха. Вопреки распространённому заблуждению тех, кто с буддизмом знаком поверхностно, «будда» — это не имя, а скорее звание. «Будда» означает ‘пробудившийся от сна неведения’. И именно этого состояния достиг царевич Сиддхартха. И очень поучительна история движения принца по пути саморазвития.

На протяжении 29 лет принц Сиддхартха жил во дворце своего отца — царя Шуддходаны, который всячески оберегал его от разных негативных проявлений жизни, страданий и т. д. Дело в том, что отцу принца сделали предсказание, что его сын может стать аскетом. И чтобы в уме принца не зародилось сострадание к другим живым существам и жажда поиска истины, он создал для него идеальный мирок, в котором не было страданий. Слуги даже по ночам срезали во дворце увядшие цветы, а все нищие, пожилые и больные люди были высланы из города. Однако спустя 29 лет беззаботной жизни принц во время прогулки за пределами дворца встретился с такими явлениями, как старость, болезнь, смерть и страдания. И тогда он осознал, что живые существа переживают невероятные страдания — это зародило в нём чувство сострадания к живым существам и толкнуло на путь поиска истины. Проведя в аскезах несколько лет и испытав множество разных путей саморазвития, посетив многих учителей, принц во время своей последней медитации под деревом Бодхи достиг состояния просветления и обрёл своё новое имя, под которым его и знает сегодня весь мир, — Будда, то есть «пробудившийся от сна».

Основные принципы буддизма

Принципы буддизма кратко изложены в «Сутре запуска колеса Дхармы», в которой лаконично описана суть первой проповеди Будды Шакьямуни. В этой сутре изложены базовые принципы буддизма, которые объединяют в себе три базовые концепции.

Первая: так называемые «Четыре благородные истины». Истина первая: существует страдание, и все живые существа, так или иначе, страдают. Истина вторая: причина страданий — желания, привязанности, ненасытное стремление, неудовлетворённость. Истина третья: страдание можно прекратить и достичь состояния нирваны. Истина четвёртая: к нирване ведёт Благородный восьмеричный путь.

Вторая концепция вытекает из первой — Благородный восьмеричный путь. Это восемь предписаний, согласно которым следует двигаться по пути всякому, кто желает освободиться от страданий и причин страданий. Предписаний восемь: правильное воззрение, правильное намерение, правильная речь, правильное поведение, правильный образ жизни, правильное усилие, правильное памятование, правильное сосредоточение. Отдельно стоит остановиться, пожалуй, на рекомендациях для гармоничной жизни. Стоит отметить, что буддизм не догматичная религия (да и скорее не религия, а философское учение) и поэтому, в отличие от авраамических, к примеру, религий не содержит как таковых «заповедей», которые следует неотступно исполнять. Будда лишь дал рекомендации для гармоничной жизни, и для мирян существует пять рекомендаций: воздерживаться от насилия, лжи, воровства, прелюбодеяния и употребления опьяняющих веществ. Собственно, все восемь ступеней, так или иначе, содержат в себе отсылку к этим предписаниям, а последние две ступени — правильное памятование и правильное сосредоточение — уже содержат в себе непосредственно рекомендации по работе со своим умом, то есть описание медитации.

Третья концепция — Срединный путь. Принц Сиддхартха, покинув дворец своего отца, стал аскетом и прошёл разные методики самосовершенствования. Всё проверил на своём опыте, в том числе и крайние аскезы, такие как длительное воздержание от воды и пищи. В результате суровых аскез он даже чуть было не умер, но добрая девушка Суджата, обнаружив измождённого принца на берегу реки, накормила его, и тогда он осознал, что крайний аскетизм ведёт лишь к гибели тела и ни к чему больше. Этому осознанию также послужил один интересный случай. Сиддхартха услышал, как по реке проплывает лодка, в которой учитель музыки рассказывает своим ученикам тонкости настройки инструментов и говорит им о том, что нельзя перетягивать струну, иначе она порвётся, но нельзя и оставить её слишком разболтанной, иначе инструмент не будет звучать. Так Сиддхартха и пришёл к осознанию того, что нужно двигаться Срединным путём — одинаково удаляясь как от роскоши, так и от крайнего аскетизма.

Законы буддизма

Одним из главных законов буддизма, пожалуй, можно отметить закон причинно-следственной связи или, как его чаще называют, — закон кармы. О законе кармы Будда поведал своим ученикам в одной короткой сутре, которая так и называется «Сутра о законе кармы». Рекомендуется её прочитать, там вполне чётко и доходчиво Будда разъяснил Ананде и другим своим ученикам, какие действия к какому результату приводят.

Фактически, всё, что происходит в нашем мире, так или иначе, обусловлено законом кармы, и Будда часто делал акцент на этом. Собственно, именно из закона кармы и проистекают те рекомендации для гармоничной жизни, которые Будда дал своим ученикам. Пять предписаний для мирян и мирянок не являются какими-то религиозными догмами, которые нужно слепо исполнять просто потому, что так где-то написано. Если просто поразмышлять над этими пятью предписаниями, то можно понять, что они даны не просто так. Все эти пять поступков, которых рекомендуется избегать, попросту ведут к накоплению негативной кармы. Почему же так опасно накопление негативной кармы? Дело тут не только в том, что человек будет получать последствия своих негативных действий, то есть, проще говоря, — страдания, а в том, что накопление негативной кармы чаще всего является тем ограничением, которое не даёт человеку развиваться. К примеру, если человек зарабатывает на жизнь каким-то нечестным безнравственным образом, то, скорее всего, у него на пути самосовершенствования будет много препятствий: невозможность практиковать, невозможность встретить достойного учителя и так далее.

На самом деле, кратко изложить суть бесценного и непостижимого учения Будды просто невозможно. Для постижения этой истины рекомендуется читать буддийские сутры — бесценные россыпи мудрости и знания. Наиболее информативными будут «Сутра запуска колеса Дхармы», «Сутра о законе кармы», «Сутра о цветке лотоса чудесной Дхармы», «Сутра сердца», «Алмазная сутра», «Вималакирти нирдеша сутра» и многие другие. Также рекомендуется прочитать Джатаки — воспоминания Будды о его прошлых жизнях.

Также весьма информативным в плане постижения философии буддизма и учения Будды будет текст монаха Шантидевы «Путь Бодхисаттвы». Это уникальный текст. В авторе текста сочетаются весьма редкие качества — талант писателя, опыт духовного практика и глубокие философские мысли, которые изложены максимально понятным и доступным языком с удачными сравнениями и примерами. Для знакомства с Учением Будды лучшего текста, пожалуй, и не найти. В главах «Парамита медитации» и «Парамита мудрости» можно найти весьма эффективные медитативные практики, которые при должном уровне усердия способны изменить сознание.

Важно отметить, что Учение Будды проверено временем. Вот уже 2500 лет люди по всему миру изучают его и идут тем путём, который указал нам Татахагата ещё две с половиной тысячи лет назад. И то, что это учение остаётся актуальным до сих пор, говорит о многом.

www.oum.ru

Что такое четыре благородные истины буддизма. «Восьмеричный Путь Будды»

Кто я? Зачем я живу? Для чего я родился? Как появился этот мир? В чем смысл жизни?

Когда человек сталкивается с такими размышлениями, он начинает искать ответы в существующих концепциях самосовершенствования. Все направления дают определенные толкования и рекомендации как получить ответы на подобные вопросы и разрешить внутренние сомнения и поиски: кто-то советует верить, кто-то служить, кто-то изучать или постигать, накапливать опыт.

В этой статье мы рассмотрим одну из концепций саморазвития, которая была сформулирована 2500 лет назад Буддой Шакьямуни в Сарнатхе и получила название «четыре благородные истины и восьмеричный путь». Будда предлагал не брать услышанное на веру, а путем размышления, анализа и практики проверять эти концепции на личном опыте. Можно даже сказать: открыть их заново, пережить и прочувствовать, чтобы формальное знание от услышанного трансформировалось в истинное постижение и нашло применение в практической части жизни.

Размышляя о человеческой жизни, мы замечаем, что она состоит из разных событий: как радостных, так и грустных, как счастливых, так и горестных. Фраза, что жизнь – это страдание (или череда тягот) означает, что в нашей жизни есть некоторое несовершенство, непостоянство, переменчивость, то есть присутствует то, что причиняет нам боль. Кто-то скажет, что это норма, это естественно: черное и белое, смена настроения, эмоциональные реакции, постоянная непредсказуемость завтрашнего дня. Однако с точки зрения духовного развития, человеческое существо разумно, способно самостоятельно принимать решение и знать, что ожидает его в будущем, причем как в этой жизни, так и в будущей.

Анализируя причины происходящего в жизни, мы выявляем, что в первую очередь это – наши желания, которые мы никогда не можем реализовать в полной мере. Существует такая мудрость: «Желания удовлетворить невозможно, они бесконечны».  То, к чему мы стремимся, либо вообще не приносит нам ожидаемого счастья, радости и удовлетворения, либо быстро «приедается», либо так и остается неосуществленным. И – самое печальное  – все, чего бы мы ни достигли, мы утратим рано или поздно.

Эта концепция становится очевидной для каждого в тот момент, когда человек осознает, что он смертен. Зачастую это происходит тогда, когда человек тяжело заболевает или переживает какой-нибудь сильный стресс, или же просто стареет.

С точки зрения духовного самосовершенствования, человеческая жизнь не должна постоянно балансировать между желанием, пресыщением или разочарованием, не должна быть такой же нестабильной, как этот материальный мир. А человек должен научиться перестать отождествлять себя со скоплением бесконечных «хочу».

Какое желание в большей степени присуще людям? Желание наслаждаться. Чтобы человек ни делал, что бы ни искал, цель всех его действий, сводится к одному и тому же – получить наслаждение, удовольствие. Состояние постоянного наслаждения именуется счастьем. Стремлению к этому счастью человек посвящает свою жизнь. Однако, как мы знаем, в нашем мире (мире сансары) нет ничего постоянного. Для того чтобы хоть как-то сгладить горечь разочарования, боль потерь, человек начинает ставить перед собой новые цели, суть которых по-прежнему заключается все в том же самом – стремлении получать наслаждение, стремлении по максимуму заполнить свою жизнь «приятным» и попытке оградить себя от «неприятного».

Четыре Благородные Истины Буддизма

Приятные ощущения мы стремимся повторить и усилить, несмотря на то, что это не всегда достижимо, от неприятных – избавиться, что тоже порой весьма проблематично. Таким образом, возникает привязанность к тому, что мы называем «хорошее» и неприятие того, что мы называем «плохим».

Привязанность (страстное желание) относится к одному из трех ядов, приковывающих человека к непрерывной череде рождений и смертей: Колесу Перерождения. Яды эти: страстное желание, невежество и ненависть. Они отравляют наше сознание, поэтому мы не способны видеть истину. Проблема человека заключается в том, что он так поглощен удовлетворением своих бытовых иллюзорных желаний, настолько погряз в своих ничего не стоящих повседневных делах, которые он ошибочно считает чем-то невероятно важным, что теряет напрасно время пребывания в драгоценном воплощении.

Единственное желание, не приносящее страдания, не вызывающее ответной реакции, привязывающей нас к этому миру, уходит за пределы материального мира – это желание полного освобождения.

Другая причина страдания – это кармические реакции, то есть результат наших прошлых действий. Считается, что на каждое совершенное действие мы рано или поздно получаем ответную реакцию: или в этой жизни, или после обретения тела в будущей жизни. Обретение нового тела именуется реинкарнацией.

Буддийская теория реинкарнаций отличается от такой же теории в индуизме. С точки зрения индуизма существует череда «рождений» и «смертей», то есть существо/душа приходит в этот мир, находится в нем какое-то время, а потом уходит. Согласно буддийскому учению (направления Тхеравада или Хинаяна) реинкарнацию можно объяснить на таком примере: стеклышки калейдоскопа всегда одни и те же — они не берутся ни откуда, и никуда не исчезают, однако при каждом повороте калейдоскопа проявляется новое изображение. Эти стеклышки и есть наборы элементов, из которых формируется индивид. Они рассыпаются и складываются вновь при каждом повороте калейдоскопа сансарического мира.

Подводя итог выше сказанному, можно сказать, что результатом наших неблаговидных поступков и страстных желаний станет деградация, выливающаяся в воплощение в существо с более низким уровнем развития.  

Возможно ли обрести контроль над желаниями и привязанностями? Да, погасить огонь желаний можно, искоренив привязанности и достигнув состояния освобождения (нирвана, самадхи, недвойственность).  Описать состояние нирваны невозможно уже потому, что, во-первых, она есть нечто, полностью противоположное дуккхе (страданию), но это не общепринятый рай для некой конкретной души. И, во-вторых, нирвана влечет за собой прекращение всего известного в мире сансары. То есть она даже не противоположность сансары (как противопоставление добро-зло), а нечто совершенно иное.

В этой связи некоторые люди могут посчитать нирвану чем-то негативным, ведь она отрицает все, что так дорого сердцу большинства обитателей этого мира. Но Учение Будды утверждает, что человек, достигший нирваны, уже при жизни избавляется от иллюзий и заблуждений и от связанных с этим страданий. Он познает истину и освобождается от всего, что угнетало его прежде: от тревог и беспокойства, от комплексов и навязчивых идей, от эгоистических желаний, ненависти, самодовольства и гордости, от давящего чувства долга. Он освобождается от желания что-то получить, он ничего не накапливает – ни физического, ни духовного – поскольку понимает, что все, что может предложить нам сансара, есть обман и иллюзия; не стремится к так называемой самореализации, связанной с отсутствием собственного «я». Он не сожалеет о прошлом, не надеется на будущее, живя одним днем. Он не думает о себе, он преисполнен вселенской любви, сострадания, доброты и терпимости.

Не искоренивший в себе эгоистические устремления, не способен достичь упомянутого состояния. Соответственно, тот, кто его достиг, является существом независимым  и свободным. Но это еще не все – он способен видеть нужды других людей, способен разделять чужую боль, помогать жить другим, а не печься исключительно о своем собственном благополучии.

Таким образом, мы разобрали три истины из четырех.

А именно:

  • Первая Истина – дуккха: «Жизнь есть страдание».
  • Вторая Истина – самудая: «Источник страдания».
  • Третья Истина – ниродха: «Прекращение страдания».

Четвертая благородная истина показывает путь прекращения страданий и тягот этой жизни и представлена как Восьмеричный путь (арья аштанга марга).

  • Четвертая Истина – марга: «Путь, ведущий к прекращению страдания».

Восьмеричный путь Будды

Этот путь состоит из восьми частей и перед названием каждой части используется слово «самьяк». Обычно её переводят как «правильный», но в данном ключе это не совсем верно и неполно. Более близким переводом будут такие слова как: надлежащий, полный, исчерпывающий, целостный, законченный, совершенный.

Самьяк дришти, совершенное видение.

Это часть означает этап первого духовного прозрения и переживания.  У разных людей это первое духовное переживание может возникать по-разному. Для одних путь видения начинается как следствие личной трагедии, утраты или несчастья. Вся жизнь разрушается, и на этих развалинах человек начинает задаваться вопросами о смысле и цели бытия, начинает глубже всматриваться в жизнь и размышлять о ней. У некоторых этот этап может наступить как следствие спонтанного мистического переживания. У других людей это может произойти совсем по иному – в результате настойчивой и регулярной практики медитации. Когда человек систематически успокаивает свой ум – сознание становится ясным, мыслей становится меньше, или они не возникают вовсе.  Наконец, оно может возникнуть – по крайней мере, у некоторых – из всей полноты жизненного опыта, особенно когда человек становится старше и обретает зрелость и мудрость.

Что такое совершенное видение? Можно сказать, что это видение природы бытия. Это, прежде всего, видение нашего подлинного состояния в настоящее время: состояния привязанности к обусловленному бытию, символом которого является колесо сансары. Это еще и видение нашего потенциального состояния: будущего состояния просветления, символами которого являются Будда, мандала пяти Будд и чистая земля (мир, где самосовершенствование стоит на первом месте). И, наконец, это видение пути, ведущего от первого состояния ко второму.

Самьяк санкальпа – совершенное намерение, чувство.

Большинство практиков, обретя первое постижение и развивая его некоторое время, оказываются в непростом положении: они понимают истину рассудком, могут о ней говорить, читать лекции, писать книги, и все же они не способны осуществить её на практике. Может возникнуть такое ощущение: «Я знаю это точно, вижу ясно, но не могу претворить в практику». Поднявшись на несколько сантиметров, он тут же срывается, и кажется, что срыв отбросил его на несколько километров.

Мы можем говорить, что что-то знаем, но знаем это только рассудком, это знание теоретическое. Пока сердце остается в стороне, пока мы не чувствуем то, что понимаем, то есть пока не участвуют в процессе наши чувства, никакой духовной жизни нет, как бы активно ни работал наш мозг, как бы ни велик был интеллектуальный потенциал.

Совершенное чувство отображает введение совершенного видения в нашу эмоциональную природу и последующее её коренное изменение. Это означает осознанное преодоление отрицательных эмоций, таких как вожделение, злость и жестокость и культивация таких позитивных качеств как даяние, любовь, сострадание, сорадование, спокойствие, доверие и преданность. Отметим, что большинство перечисленных чувств являются общественными: они затрагивают других людей и возникают в ходе межличностных отношений. Поэтому так важно, чтобы в обществе, в котором мы находимся, мы постоянно взращивали правильный дух.

Самьяк вача – совершенная речь.

В данном случае речь идет о нескольких последовательных уровнях общения: правдивости, дружелюбия, полезности и способности приводить к согласию.  Прежде всего, совершенная речь и идеальное общение отличаются правдивостью. Как правило, мы любим слегка отступить от истины: добавить лишних подробностей, преувеличить, преуменьшить, приукрасить. Действительно ли мы знаем, о чем думаем и чувствуем? Большинство из нас живут в состоянии умственной путаницы и хаоса. При случае мы можем повторить то, что слышали или читали, можем воспроизвести это при необходимости. Но при этом мы не понимаем того, что говорим. Если мы хотим говорить правду в более полном смысле, следует прояснить свои мысли. Нужно сохранять пристальную осознанность и знать, что у нас внутри, каковы наши мотивы и побуждения. Говорить правду – значит быть самим собой: то есть посредством речи выражать то, что мы собой представляем в действительности, что мы подлинно знаем о себе.

Также важно разговаривая с человеком, поднимать его на новый уровень бытия и сознания, а не опускать вниз, в этом заключается полезность речи. Нужно стараться видеть хорошую, светлую, позитивную сторону вещей, а не заострять внимание на негативном.

Совершенная речь способствует согласию, гармонии и единству. Это взаимная помощь, основанная на взаимной правдивости, на осознании жизни друг друга и нужд друг друга и ведущая к взаимному самоопределению. Когда совершенная речь достигает гармонии, единства и преодоления, она одновременно достигает своей вершины – молчания.

Самьяк карманте – совершенное действие.

Согласно учению Будды, в том виде, как оно сохранилось в традиции любой школы, правильность или неправильность действия, его совершенство или несовершенство, определяется состоянием ума, в котором его совершили. Иначе говоря, важен нравственный критерий. Вести нравственную жизнь – значит действовать, исходя из самого лучшего, что в тебе есть: из самого глубокого знания или проникновения в суть, из самой самоотверженной любви и самого чуткого сострадания. То есть это не просто внешнее действие, оно также согласуется с совершенным видением и чувством (намерением).
Совершенное действие – это еще и целостное действие, то есть деяние, в котором человек участвует полностью. Большую часть времени в действии принимает участие только какая-то наша часть. Бывает, что мы полностью погружены в какое-то занятие. В это мгновенье вложена каждая капля нашей энергии, усилия, рвения, интереса. В эти моменты мы узнаем, что способны отдаваться действию целиком и полностью. В такие моменты мы испытываем удовлетворение и покой.

Самьяк адшива – совершенный образ жизни.

В этом разделе в большей части рассматривается способ получения средств на существование. В текстах приводится много слов Будды о совершенном способе зарабатывать на жизнь. В первую очередь эти объяснения касаются воздержания от некоторых профессий (например, торговля живыми существами, а также связанные с мясом и различными наркотиками, изготовлением оружия, гаданием и предсказанием судьбы). Рекомендуется зарабатывать столько денег, чтобы хватало на очень скромную жизнь, а остальное время уделять саморазвитию, духовной практике и распространению знаний.

Самьяк вьяяма – совершенное усилие.

Духовная жизнь – это активная жизнь, однако не праздное времяпрепровождение. Это трудный и суровый путь. Совершенное усилие заключается в непрестанной работе над собой. Человек берется за дело с энтузиазмом, но очень часто это дело скоро приедается. Энтузиазм испаряется будто его и не было вовсе. Происходит это потому, что внутренние силы инерции, которые сдерживают нас и тянут вниз, чрезвычайно велики. Это касается даже такого простого решения, как встать утром пораньше, чтобы заняться практикой. В начале мы можем принять такое решение, и нам удастся это несколько раз. Но через некоторое время появляется искушение и возникает душевный конфликт: вставать или оставаться в теплой постели. В большинстве случаев мы проигрываем, так как силы инерции очень велики. Потому очень важно разбираться с собой, узнавать, что такое ум и что в нем содержится, как он работает. Для этого необходима большая честность, по крайней мере, по отношению к себе. Чтобы в ум не проникли еще не возникшие неискусные мысли и не овладели им, необходимо быть бдительным по отношению к чувствам и уму, то есть «охранять врата чувств». Мысли обычно застают нас врасплох – мы даже не замечаем, как они приходят. Мы не успеваем опомниться, а они уже в самом центре ума.

Рекомендуется предупреждать и устранять негативные состояния ума и развивать благие, далее сохранять те высшие состояния, которые мы развили. Очень легко откатиться назад: если прекратить практику на несколько дней, можно обнаружить себя на том месте, с которого мы начинали несколько месяцев назад. Если же прилагать усилия, то в конце концов достигается стадия, начиная с которой двигаться вспять уже не возможно.

Самьяк смрити – совершенная осознанность.

Наш ум очень легко сбить и увести в сторону. Мы легко отвлекаемся, потому что наша сосредоточенность очень слаба. Слабость нашей сосредоточенности объясняется тем, что у нас нет никакой главной цели, которая оставалась бы неизменной в суматохе всех разнообразных дел. Мы все время переключаемся с одного предмета на другой, с одного желания на другое. Внимательность (сосредоточенность) – состояние памятования, неотвлечения, постоянства. Мы должны учиться смотреть, видеть и осознавать и благодаря этому становиться чрезвычайно восприимчивыми (это осознание вещей). Все больше осознавая свою эмоциональную жизнь, мы замечаем, что неискусные эмоциональные состояния, связанные со страхом, вожделением, ненавистью, начинают отступать, тогда как искусные эмоциональные состояния, связанные с любовью, покоем, состраданием, радостью, становятся более чистыми. Если вспыльчивый, гневливый человек начинает развивать осознанность чувств, через некоторое время практики он  начинает осознавать свой гнев прежде того, как разгневается.

Если мы слышим неожиданный вопрос «О чем ты сейчас думаешь?», часто вынуждены ответить, что и сами не знаем. Это происходит потому, что мы часто не думаем по-настоящему, а просто позволяем мыслям протекать через свой ум. В результате осознанности ум становится безмолвным. Когда исчезают все мысли, оставив только чистое и ясное сознание, начинается подлинная медитация.

Самьяк самадхи.

Слово самадхи означает состояние твердой устойчивости и неподвижности. Это устойчивое пребывание не только ума, но и всего нашего существа. Это слово можно также трактовать как сосредоточенность и однонаправленность ума. Однако это много больше нежели хорошее сосредоточение. Это кульминация всего процесса изменения от непросветленного состояния к просветленному. Это полное наполнение всех сторон нашего существа совершенным видением. На этом этапе происходит достижение более высокого уровня бытия и сознания.

Рассмотрев внимательно все элементы Восьмеричного Пути, мы можем понять, что человек, вступивший на путь самосовершенствования, поступает иначе, чем человек, отдавшийся круговороту сансары. Преображается его повседневная жизнь, ощущения, восприятие, изменяется отношение к своим жизненным задачам и окружающим его живым существам.

Также важно помнить, что путь – это совокупный процесс: мы постоянно следуем всем стадиям восьмеричного пути. Мы развиваем совершенное видение, что-то открывается внутри нас и это воздействует на наши чувства, преображая их и развивая совершенные грани. Совершенное видение проявляется в нашу речь, воздействуя на неё так, что она становится совершенной. Наши действия также испытывают влияние. Мы изменяемся во всех отношениях, и этот процесс продолжается.

Последователи разных духовных школ и направлений по-своему осуществляют практику учения, однако все они сходятся в отношении к сформулированным четырем благородным истинам и частям Восьмеричного Пути. Жизнь для каждого закончится одним и тем же – таинством смерти. Будда говорил, что тот, кто прежде смерти сумел преодолеть три яда — страсть, гнев и невежество – не должен бояться ни этого момента, ни того, что ждет за ним. Такой человек больше не будет страдать. Его разум перейдет на более высокий уровень существования.

Посредством изучения и практики этих глубоких наставлений важно получить опыт ясного и недвойственного восприятия, научиться поддерживать это состояние и использовать свою энергию, время и жизнь в разумных целях. Разумность определяется каждым самостоятельно, однако примеры учителей прошлого демонстрируют нам альтруизм, самопожертвование и сострадание к окружающим: менее просветленным и реализованным.

Ведь самое большое счастье – когда окружающие живые существа обретают покой, гармонию, определенную реализацию и постижения, перестают ограничивать себя своим телом, окружающей материальностью, жаждой, зависимостью и болью. Становятся свободными и счастливыми, что дает уже возможность им самим передавать эти знания и опыт дальше. Таким образом, совершенствуя, гармонизируя и оздоравливая общество и весь мир вокруг.

используемая литература:
Корниенко А.В. "Буддизм"
Сангхаракшита "Благородный восьмеричный путь Будды"

www.oum.ru

Пять «ядов ума» в буддизме. Просто и доступно

Все живые существа желают обрести счастье и избежать страданий. Это глубинное стремление любого живого существа. И в этом плане по большому счёту нет разницы между человеком, который стремится обрести благоприятные условия жизни и тем же тараканом, который улепётывает от стремительно опускающегося на него тапка. Так или иначе, мы все едины в желании избежать страданий. Проблема лишь в том, что часто мы не можем определить истинные причины страданий. Как верно подметил буддийский философ и практик Шантидэва:

Желая избавиться от страдания, они, напротив, устремляются к нему. А желая обрести счастье, они, словно враги в омрачении, разрушают его.

Почему же так происходит? Проблема в том, что мы порой не видим истинных причин наших страданий. Самый грубый (зато самый понятный) пример — абстинентный синдром после употребления алкоголя, проще говоря, похмелье. Часто человек устраняет его новой дозой алкоголя, вместо того чтобы просто принять твёрдое намерение больше не употреблять алкоголь. И получается, как в том анекдоте: «Давайте в этот раз на Новый год исключим из рациона мандарины. Надо же, наконец-то, выяснить, почему утром голова так болит». Печально, что люди смеются над тем, над чем надо бы, наоборот, серьёзно задуматься. Впрочем, это типичная методика популяризации деструктивных тенденций через юмор. То, что опасно, не смешно.

Однако проблема лежит гораздо глубже, и непонимание истинных причин наших страданий порой заставляет нас совершать одни и те же ошибки и ходить по этим кругам ада — бесконечно, зачастую ещё и обвиняя всех вокруг в своих проблемах. Яркий пример тому — человек, который годами может питаться фастфудом, а когда наконец-таки начинаются проблемы со здоровьем, то во всём, разумеется, виновата экология.

Пять «ядов ума» — пять причин страданий

О глубинных причинах страданий много сказано в буддизме. Вообще, вопрос страданий, причин страданий и способов эти страдания, наконец-таки, прекратить — это главная философская концепция, на которой изначально и было основано Учение Будды. Поэтому буддизм в вопросах причин страданий, наверное, продвинулся намного дальше многих других философских направлений. Итак, согласно философии буддизма, существуют так называемые «яды ума». В различных трактовках и школах указываются либо три «яда ума», либо их расширенный список из пяти «ядов». Рассмотрим эти пять «ядов». Считается, что основным ядом ума, то есть базовой причиной страданий, так сказать, корнем всех бед является неведение.

Неведение

Неведение — корень всех страданий. Речь, разумеется, не идёт о незнании теоремы Ферма или законов Ньютона. В прочем, иногда и такое вот банальное невежество может причинить немало проблем. Но если рассматривать именно философию буддизма, то здесь речь идёт о базовых заблуждениях относительно мироустройства, относительно себя самого и так далее. Сам Будда Шакьямуни говорил: «Самое тяжёлое невежество, в которое может впасть живое существо — это неверие в закон кармы». Кстати, стоит отметить, что закон кармы очень похож на третий закон Ньютона: «Любое действие вызывает противодействие», так что физика и философия порой тесно связаны. И бывает так, что школьный учебник физики может дать ответы на многие вопросы. 

Однако вернёмся к вопросу о законе кармы: почему Будда считал именно это заблуждение наиболее тяжёлым? Дело в том, что, совершая неблагие поступки, человек создаёт причины для собственных страданий. И если при этом он не верит или не знает о законе кармы, то у него нет даже шанса изменить к лучшему свою жизнь. Именно об этом и писал Шантидэва: «Желая избавиться от страдания, они, напротив, устремляются к нему». Также под неведением можно понимать непонимание того факта, что все мы так или иначе связаны между собой. И причиняя вред кому-либо, причиняешь его самому себе, а принося пользу другим, приносишь её самому себе. Если рассматривать вопрос неведения в несколько другом контексте, то можно сказать, что неведение — это иллюзия двойственности. Что такое двойственность? Это иллюзорное разделение на чёрное и белое. Секрет в том, что наш мир и всё, что в нём происходит, является абсолютно нейтральным и только наш беспокойный ум порождает иллюзию двойственности. Двойственное восприятие делит объективную реальность на приятное и неприятное, любимое и нелюбимое, выгодное и невыгодное и так далее. И именно это разделение приводит уже к формированию двух других «ядов» — привязанности и отвращения.

Привязанность

Привязанность — второй из «ядов ума», проистекает из неведения. Разделение воспринимаемой реальности на приятные и неприятные объекты порождает привязанность к приятным объектам и желание обладать ими. На самом деле, «всё есть страдание», об этом говорил Будда в своей первой проповеди. Почему же всё является страданием? Можно привести простой пример с едой. Когда мы голодны, мы страдаем от голода, но, если мы начинаем есть и переедаем, мы уже страдаем от переедания. Таким образом, страдание мы получаем как от отсутствия пищи, так и от её наличия, и секрет кратковременного счастья в том, чтобы страдание от голода и страдание от насыщения были равны. В тот момент, когда они равны между собой, мы ощущаем некий зыбкий, кратковременный баланс. То есть такое временное счастье — это зыбкий баланс двух разнонаправленных видов страданий. Привязанность является ядом ума и приводит к страданиям по той причине, что в этом мире всё непостоянно и любой объект, к которому мы привязаны, будет рано или поздно разрушен. Либо же, если это объект более менее долговечный и в некотором роде безлимитный, нам попросту надоест им наслаждаться. Яркий пример — ребёнок, у которого всё есть. Рано или поздно ему просто надоедают даже самые интересные и дорогие игрушки, и он постоянно желает чего-то нового и большего. В этом суть любого желания: его невозможно удовлетворить так же, как невозможно утолить жажду солёной водой. Таким образом, если у нас есть объект, к которому мы привязаны, мы будем страдать в любом случае — либо от его отсутствия, либо от невозможности наслаждаться им бесконечно.

Отвращение

Отвращение (гнев, ненависть) — третий из «ядов ума», который проистекает из неведения. Опять-таки причиной является двойственное восприятие. Если приятные вещи формируют привязанность, то неприятные формируют отвращение, ненависть и гнев. Однако, как уже сказано выше, любое двойственное восприятие является иллюзорным. Можно привести пример с временами года: кто-то любит жаркое лето («тополиный пух, жара июнь» и всё такое), а кто-то ненавидит лето, а, напротив, любит осень («унылая пора, очей очарование» и так далее). А теперь подумаем, что же является причиной страданий в данном случае? В случае с первым человеком приход лета принесёт ему радость, а в случае со вторым — страдание. Так можно ли сказать, что причиной радости первого и страдания второго является приход лета? Тоже самое можно сказать и про наступление осени. 

Если представить, что в первом случае человек её ненавидит, а во втором — любит, то, опять-таки, одно и то же событие вызывает у одного отвращение, а у другого — восторг. И если посмотреть объективно, то можно сказать, что причиной страдания становится двойственное восприятие, которое породило отвращение к летней жаре, осенним дождям, зиме, снегу, весенней слякоти, нелюбимой работе, приезду тёщи и так далее — этот список можно продолжать бесконечно. 

В современном мире пандемия ненависти доходит просто до невероятных парадоксальных ситуаций: ненависть, искусственно разогреваемая с помощью СМИ, может заставить людей с разных концов планеты, которые даже никогда не встречались, люто ненавидеть друг друга просто потому, что их научили думать, что разный цвет кожи — это повод для ненависти. Это происходит по определённым причинам и выгодно определённым силам, но сейчас речь не об этом. Любая концепция в нашем сознании, любая психологическая установка, которая заставляет нас испытывать отвращение, ненависть или гнев в первую очередь причиняет страдания нам самим. Как говорил Будда Шакьямуни: «Гнев — подобен раскалённому углю. Прежде чем швырнуть его в кого-то, обожжёшься сам». И речь здесь не только о законе кармы (впрочем, куда же без него!?), даже современная медицина подтверждает тот факт, что негативные психологические реакции, такие как гнев и ненависть, запускают в организме в прямом смысле процессы физического разрушения. 

То есть закон кармы действует даже на клеточном уровне: невозможно транслировать негатив вовне, не разрушая себя изнутри. Таким образом, страдание причиняет нам не сам объект, а наше отношение к этому объекту. Если мы что-либо ненавидим, это наша внутренняя проблема и решить её можем только мы сами. И если бы только люди понимали, что гнев и ненависть разрушают в первую очередь того, кто носит этот страшный вирус в себе, мир изменился бы кардинально. Но пока что кардинальных перемен в массовом сознании людей не видно. А причина всё та же — неведение, оковы которого разрушить не так просто.

Гордость

Гордость — четвёртый из «ядов ума», как можно уже догадаться, также проистекает из неведения. Истина заключается в том, что все мы равны между собой. На глубинном уровне все души (или живатмы) обладают одними и теми же качествами, и разница между нами лишь в накопленном опыте и, как следствие, в разных кармических уроках, которые мы проходим на этой земле. Поэтому осуждать алкоголика за то, что он пьёт алкоголь, неразумно. Это его кармический урок, и ему нужно приобрести этот опыт. И гордость возникает лишь по причине того, что человек не понимает, что на изначальном глубинном уровне все равны. Об этом говорил и Будда. Такая концепция, как «природа Будды», которой обладает каждое живое существо, даёт понимание того, что, во-первых, мы все одинаковы и взаимосвязаны, а во-вторых, имеем абсолютно равные шансы стать буддами. В «Сутре о Цветке Лотоса Чудесной Дхармы» есть глава под названием «Бодхисаттва Никогда Не Презирающий». Там рассказывается о некоем духовном практике, который при встрече с людьми всегда неизменно повторял, словно мантру: «Я глубоко почитаю вас и не могу относиться к вам с презрением. Потому что вы все будете следовать по Пути бодхисаттвы и станете буддами». И даже когда люди в ответ на это раздражались, оскорбляли его и даже били, он неизменно повторял: «Я не могу относиться к вам с презрением, ибо вы все станете буддами». И тогда этого бодхисаттву прозвали «Никогда Не Презирающий». Но самое интересное с ним случилось дальше, впрочем, это уже совсем другая история. И любой желающий может прочитать её в «Лотосовой сутре», в главе «Бодхисаттва Никогда Не Презирающий». Мораль же этой истории такова, что гордость возникает лишь по причине ложных воззрений о том, что мы все разные и среди нас есть достойные, а есть недостойные. И лишь понимание того, что каждый идёт по пути саморазвития своим путём, разрушает гордость. Осуждать тех, кто меньше нас продвинулся на пути саморазвития, и превозносить себя также нелепо, как презрение десятиклассника к первокласснику за то, что он пока ещё многого не знает.

Зависть

Зависть — пятый из «ядов ума». Можно сказать, что это обратная сторона гордости, так сказать, зеркальное её отражение. Если гордость — это превозношение себя и унижение других, то зависть — это, напротив, недооценка собственной личности, иллюзия собственной неполноценности по сравнению с другими. Как говорил известный психиатр Фрейд (несмотря на многие его заблуждения): «Единственный человек, с которым вы должны себя сравнивать, это вы в прошлом. Единственный человек, лучше которого вы должны быть, это вы в настоящем». Очень точно замечено: каждый проходит свои уроки и сравнивать себя с кем либо — тоже самое, что сравнивать танк с самолётом: у каждого из них своя задача и в соответствии со своими задачами они и обладают теми или иными сильными и слабыми сторонами. Можно бесконечно спорить о том, кто сильнее — боксёр или каратист, но по факту это две разные системы подготовки и два разных принципа ведения боя. Также и в повседневной жизни: если кто-либо добился больших успехов, это означает лишь одно — он приложил больше усилий. Стоит также помнить и о законе кармы, понимание которого, опять-таки, разрушает и зависть тоже. Потому что у всего, что проявлено на сегодняшний день, есть причина. И если кто-то имеет то, чего не имеем мы, значит, он создал для этого причину, а мы — нет. Так к кому следует предъявлять претензии?

Итак, мы рассмотрели пять основных «ядов ума», которые предлагает нам традиция буддизма. Эти пять «ядов ума» считаются базовыми причинами страданий, однако, увы, далеко не единственными — они, в свою очередь, способны порождать ещё сотни и тысячи других причин, которые приводят к страданиям. Но нет смысла сейчас рассматривать каждую из причин в отдельности. Важно понять другое — во всём, что с нами происходит, виноваты только мы сами. И, если мы хотим изменить что-либо в своей жизни — нужно сначала изменить своё мышление и восприятие мира, а затем изменить образ жизни. И поведение. И только в этом случае возможны какие-то кардинальные перемены. Предъявление претензий к миру и окружающим людям — это заведомо проигрышная позиция по той простой причине, что мы перекладываем ответственность за свою жизнь и своё развитие на кого-то другого, а это автоматически лишает нас способности управлять своей жизнью. И чтобы избавиться от страданий, нужно просто устранить причину. Обвинять окружающий мир в своих проблемах — это тоже самое, что пенять на сквозняк, который гуляет по комнате, вместо того, чтобы просто встать с дивана и устранить его причину — закрыть форточку. И рецепт счастья, к которому стремятся все живые существа, прост: устраняем причины страданий и создаём причины для счастья.

www.oum.ru

1.20 буддизм

БУДДИЗМ

Буддизм появился на северо-востоке Индии в областях добрахманистской культуры. Буддизм скоро распространился по всей Индии и достиг наибольшего расцвета в конце I тысячелетия до н.Э - начале I тысячеления н.Э. Сами буддисты ведут отсчёт времени существования собственной религии от кончины Будды. Согласно традиции более старой буддийской школы — тхеравады, Будда жил с б24 по 544 г. До н. Э. В согласовании с данной датой в 1956 г. Отмечалось 2500-летие буддизма. По научной версии, принимающей во внимание греческие свидетельства о дате коронации известного индийского царя Ашоки, время жизни основателя буддизма — с 566 по 486 г. До н. Э.

В биографии Будды отражена судьба настоящего человека в обрамлении легенд и легенд, со временем практически полностью оттеснивших историческую фигуру основоположника буддизма.

Более 25 веков назад в одном из малеханьких стран на северо-востоке Индии у царя Шуддходаны и его супруги Майи после долгого ожидания появился отпрыск Сиддхартха. Его родовое имя было Гаутама. Принц жил в роскоши, не ведая хлопот, со временем завёл семью и, наверняка, сменил бы на троне собственного отца, если бы судьба не распорядилась по другому. Узнав о том, что на свете есть болезни, старость и погибель, принц решил избавить людей от страданий и отправился на поиски рецепта всеобщего счастья. Непростым оказался этот путь, но зато он увенчался фурором. В местности Гая (она и сейчас именуется Бодх-Гая) он достиг Просветления, и ему открылся путь спасения человечества. Случилось это, когда Сиддхартхе было 35 лет. В городе Бенаресе (современный Варанаси) он прочёл свою первую проповедь и, как молвят буддисты, “повернул колесо Дхармы” (так время от времени называют учение Будды). Он странствовал с проповедями по городам и сёлам, у него возникли ученики и последователи, собиравшиеся послушать наставления Учителя, которого они и стали именовать Буддой. Для буддистов понятие дхармы является важнейшим — оно олицетворяет учение Будды, высшую истину, которую он открыл всем существам. “Дхарма” практически значит “опора”, “то, что поддерживает”. Слово “дхарма” значит в буддизме моральную добродетель, до этого всего — это моральные и духовные свойства Будды, которым верующие обязаны подражать.

В возрасте 80 лет Будда скончался. Но ученики и после погибели Учителя продолжали проповедовать его учение по всей Индии. Они создавали монашеские общины, где это учение сохранялось и развивалось. Таковы факты настоящей биографии Будды — человека, ставшего основоположником новой религии.

Философские концепции буддизма основаны на основных идеях брахманизма и, частично, ведизма. В буддизме отлично развита теория реинкарнации, кармы, дхармы и нирваны.

Характерной особенностью буддизма является его этико-практическая направленность. С самого начала буддизм выступил не лишь против значения внешних форм религиозной жизни и, до этого всего ритуализма, но и против абстрактно-догматических исканий, свойственных, в частности, брахманийско- ведической традиции. В качестве центральной трудности в буддизме была выдвинута неувязка бытия личности.

Стержнем содержания буддизма является проповедь Будды о четырех благородных истинах: Существует страдание

Существует причина страдания

Существует возможность освобождения от страдания

Существует путь, ведущий к освобождению от страдания

Разъяснению и развитию этих положений и, в частности, заключенному в них представлению об автономии личности, посвящены все построения буддизма.

Согласно первой истине, всё существование человека есть страдание, неудовлетворённость, разочарование. Хотя страдание универсально, оно не является изначальным и неизбежным состоянием человека, поскольку имеет свою причину — желание либо жажду удовольствий, — которая лежит в базе привязанности людей к существованию в этом мире. Такая вторая благородная истина.

Пессимизм первых двух благородных истин преодолевается благодаря следующим двум. Третья истина гласит, что причина страдания, поскольку она порождена самим человеком, подвластна его воле и может быть им же и устранена — чтоб положить конец страданиям и разочарованиям, нужно прекратить испытывать желания.

Четвертая истина заключает в себе этику буддизма. Конкретно она глубоко проникает в обыденную жизнь, и конкретно в ней проявляется в ярком свете величие Будды как общественного реформатора. Лишь через нее буддизм становится религией. Бенареская проповедь говорит об этом: "Вот, монахи, благородная истина о пути, ведущем к уничтожению страдания. Это -- благородный восьмичленный путь, конкретно: правая вера, правая решимость, правое слово, правое дело, правая жизнь, правое самостарание, правое мышление, правое самоуглубление".

Таковым образом, восьмеричный путь включает три главных упражнения в нравственности, созерцании и мудрости: культуру поведения (правильные мысль, слово, действие), культуру медитации (правильные осознание и сосредоточение) и культуру мудрости (правильные взоры).

Страдание и освобождение представлены в буддизме как разные состояния одного бытия: страдание - состояние бытия проявленного, освобождение - непроявленного. То и другое, будучи нераздельным, выступает, но, в раннем буддизме как психологическая действительность, в развитых формах буддизма - как космическая действительность.

Освобождение буддизм представляет себе, до этого всего как ликвидирование желаний, точнее - угашение их страстности. Буддийский принцип так называемого среднего (срединного) пути советует избегать крайностей - как влечения к чувственному удовольствию, так и совершенного угнетения этого влечения.

Как и остальные религии, буддизм обещает людям избавление от самых тягостных сторон человеческого существования — страданий, невзгод, страстей, ужаса погибели. Но, не признавая бессмертия души, не считая ее чем-то вечным и постоянным, буддизм не видит смысла в стремлении к вечной жизни на небесах, поскольку вечная жизнь с точки зрения буддизма и остальных индийских религий — это только нескончаемая череда перевоплощений, смена телесных оболочек. В буддизме для ее обозначения принят термин “сансара”. В мире сансары: любая мысль, каждое слово и дело оставляют свой кармический след, который приводит человека к следующему воплощению. Мишень буддиста — жить так, чтоб оставлять как можно меньше кармических следов. Это означает, что его поведение не обязано зависеть от желаний и привязанности к объектам желаний.

Высшую мишень религиозной жизни буддизм видит в освобождении от кармы и выходе из круга сансары. В индуизме состояние человека, достигшего освобождения, именуется мокшей, а в буддизме — нирваной.

Буддизм учит, что сущность человека неизменна; под влиянием его поступков изменяется только бытие человека и восприятие мира. Поступая плохо, он пожинает болезни, бедность, унижения. Поступая отлично, вкушает удовлетворенность и умиротворённость.

Таков закон кармы (морального воздаяния), который описывает участь человека и в данной жизни, и в будущих перевоплощениях.

В буддизме, в нравственно-эмоциональной сфере господствующей оказывается концепция терпимости, относительности, с позиций которой нравственные предписания не являются обязательными и могут быть нарушены. В буддизме отсутствует понятие ответственности и вины как чего-то абсолютного, отражением этого является отсутствие в буддизме четкой грани меж идеалами религиозной и светской морали и, в частности, смягчение либо отрицание аскетизма в его обыкновенной форме.

Нравственный идеал буддизма стает как абсолютное не причинение вреда окружающим (ахинса), проистекающее из общей мягкости, доброты, чувства совершенной удовлетворенности.

В интеллектуальной сфере буддизма устраняется различие меж чувственной и рассудочной формами познания и устанавливается практика так называемого созерцательного размышления (медитации), результатом которого является переживание целостности бытия (неразличения внутреннего и внешнего), полная самоуглубленность. Практика созерцательного размышления служит, таковым образом, не столько средством познания мира, сколько одним из главных средств преобразования психики и психифизиологии личности (буддийская йога). Состояние совершенной удовлетворенности и самоуглубленности, абсолютной независимости внутреннего бытия - положительный эквивалент угашения желаний - есть освобождение, либо нирвана.

Нирвана — это покой, мудрость и блаженство, угасание жизненного огня, а совместно с ним и значимой части эмоций, желаний, страстей — всего того, что составляет жизнь обыденного человека. И всё же это не погибель, а жизнь, но лишь в ином качестве, жизнь совершенного, свободного духа.

Буддизм в первый раз обратился к человеку не как к представителю какого- или сословия, клана, племени либо определённого пола, а как к личности (в различие от последователей брахманизма Будда считал, что дамы вровень с мужчинами способны достичь высшего духовного совершенства). Для буддизма в человеке важны были лишь личные награды. Так, словом “брахман” Будда называет хоть какого благородного и мудрого человека независимо от его происхождения. В базе буддизма лежит утверждение принципа личности, неотделимой от окружающего мира, и признание бытия своеобразного психологического процесса, в который оказывается вовлеченным и мир. Результатом этого является отсутствие в буддизме противоположности субъекта и объекта, духа и материи, смешение личного и космического, психологического и онтологического и сразу подчеркивание особых возможных сил, таящихся в целостности этого духовно-материального бытия. В буддизме нет надобности в боге как творце и спасателе, то есть вообще как непременно верховном существе, трансцендентном данной общности. Из этого вытекает также отсутствие в буддизме дуализма божественного и небожественного, бога и мира.

Начав с отрицания наружной религиозности, буддизм в ходе собственного развития пришел к её признанию. При этом вышло отождествление высшей действительности буддизма - нирваны - с Буддой, который из олицетворения нравственного идеала превратился в его личное воплощение, став, таковым образом, высшим объектом религиозных эмоций. Буддийский пантеон начал разрастаться за счет введения в него всякого рода мифологических существ, так либо по другому ассимилирующихся с буддизмом. Культ, обхватывающий все стороны жизни буддиста, начиная от семейно-бытовой и заканчивая праздниками, в особенности усложнился в неких течениях махаяны, в частности в ламаизме.

Совсем рано в буддизме возникла сангха - это духовное братство, помогающее в продвижении по буддийскому пути. Община обеспечивает своим членам твёрдую дисциплину и управление опытных наставников.

Буддизм не относится ни к монотеистическим (признающим одного Бога), ни к политеистическим (основанным на вере во многих богов) религиям. Будда не отрицает существования богов и остальных сверхъестественных существ (бесов, духов, созданий ада, богов в виде животных, птиц и т. П.), Но считает, что они тоже подчинены действию кармы и, несмотря на все свои сверхъестественные силы, не могут самого главенствующего — избавиться от перевоплощений. Лишь человек способен “встать на путь” и, последовательно меняя себя, искоренить причину перерождений, достичь нирваны. Чтоб освободиться от перерождений, богам и иным существам придётся родиться в человеческом виде. Лишь посреди людей могут показаться высшие духовные существа: будды — люди, достигшие Просветления и нирваны и проповедующие Дхарму.

Буддизм — и в этом ещё одно его различие от остальных религий — не признаёт провидения и подчёркивает, что судьба человека зависит лишь от его собственных усилий в неустанной сознательной работе над собой. Поэтому в “Дхаммападе” сказано: “Строители каналов пускают воду, лучники подчиняют себе стрелу, плотники подчиняют себе дерево, мудрецы смиряют самих себя”.

Буддизм — религия до этого всего потому, что учит верить в спасение, либо, как молвят буддисты, в возможность для человека достичь нирваны, но выручает в буддизме не бог; спасение приходит либо изнутри человека в итоге его собственных духовных усилий, либо же благодаря помощи будд и бодхисатв.

С момента возникновения буддизм прошёл три главные стадии: начинался он как монашеская община, проповедовавшая бегство от действительности (эскапизм), потом превратился в собственного рода религию цивилизации, объединившую разные культуры и традиции многих государств Азии, и, наконец, стал культурной религией, т. Е. Религией, формирующей культуру, по-различному вошедшей в культурные традиции многих государств и народов. Китайский буддизм — это религия, которая говорит с верующими на языке китайской культуры и государственных представлений о самых принципиальных ценностях жизни. Японский буддизм — синтез буддийских идей, мифологии синто, японской культуры и т. П. Таковая способность гармонично вписываться в окружающий культурный ландшафт очевидно выделяет буддизм посреди остальных глобальных религий. Из-за этого последователей Будды частенько упрекали в излишней гибкости, граничащей с беспринципностью, в склонности к компромиссам. Но конкретно способность приспосабливаться дозволила буддизму вобрать в себя большущее количество местных верований, культов, народных обрядов, культур, идеологий, литературных и художественных традиций на всём географическом пространстве, находившемся под его влиянием на протяжении веков.

Многих верующих буддизм завлекал конкретно тем, что не требовал коренной ломки их вида жизни и привычек, в том числе и отказа от обрядов, посвящённых местным богам. Будда не отвергал богов остальных религий и не запрещал своим последователям поклоняться им. Он просто предупреждал, что почитание богов, какими бы могущественными их ни считали, принесёт лишь временное облегчение, но не окончательное спасение. Буддист может сразу исповедовать даосизм, синтоизм либо всякую другую “местную” религию, поэтому достаточно трудно установить чёткое количество буддистов в мире. В настоящее время лишь буддийских монахов и монахинь насчитывается приблизительно один миллион. Число же мирян — последователей буддизма — найти просто нереально. Большая часть сторонников буддизма живут сейчас в Южной, Юго-Восточной, Центральной и Восточной Азии: Шри-Ланке,

Индии, Непале, Бутане, Китае, Монголии, Корее, Вьетнаме, стране восходящего солнца, Камбодже,

Мьянме (бывшая Бирма), Таиланде и Лаосе. В России буддизм обычно исповедуют буряты, калмыки и тувинцы. Общее число сторонников всех течений буддизма на конец XX века - около 250 миллионов человек.

studfile.net

кратко о религии. Доступно и понятно

Статья о буддизме — философском учении, которое часто принимают за религию. Вероятно, это не случайно. Прочитав небольшую статью о буддизме, вы сами решите, насколько буддизм можно отнести к религиозному учению, или, скорее, он является философской концепцией.

Буддизм: кратко о религии

Прежде всего, давайте с самого начала обозначим, что, хотя для большинства людей буддизм — это религия, в том числе и для его последователей, однако, на самом деле буддизм никогда не был религией и быть ей не должен. Почему? Потому что один из первых просветлённых, Будда Шакьямуни, несмотря на то, что сам Брахма вменил ему в обязанности передавать учение другим (о чём буддисты предпочитают умалчивать по очевидным причинам), никогда не хотел делать из факта своего просветления культ и тем более культ поклонения, который всё-таки впоследствии привёл к тому, что буддизм всё больше и больше стали понимать как одну из религий, и тем не менее буддизм таковой не является.

Буддизм — это в первую очередь философское учение, цель которого — направить человека на поиск истины, выхода из сансары, осознание и видение вещей такими, какими они являются (один из ключевых аспектов буддизма). Также в буддизме нет понятия бога, т. е. это атеизм, но в смысле «не-теизма», поэтому если и относить буддизм к религиям, то это нетеистическая религия, также как и джайнизм.

Ещё одно понятие, которое свидетельствует в пользу буддизма как философской школы, — это отсутствие каких-либо попыток «связать» человека и Абсолют, в то время как само понятие ре-лигии ('связывание') и есть попытка «связать» человека с Богом.

В качестве контраргументов защитники концепции буддизма как религии представляют то, что в современных обществах исповедующие буддизм люди поклоняются Будде и делают подношения, а также читают молитвы и т. д. На это можно сказать, что тенденции, которым следует большинство, никоим образом не отражают сути буддизма, но лишь показывают, насколько современный буддизм и его понимание отклонились от изначальной концепции буддизма.

Таким образом, уяснив для себя, что буддизм не является религией, мы можем наконец приступить к описанию главных идей и концепций, на которых базируется эта школа философской мысли.

Коротко о буддизме

Если говорить о буддизме кратко и понятно, то его можно было бы охарактеризовать двумя словами — «оглушительная тишина», — потому что понятие шуньяты, или пустоты, является основополагающим для всех школ и ответвлений буддизма.

Нам известно то, что, во-первых, за всё время существования буддизма как философской школы сформировалось множество его ветвей, самыми крупными из которых считаются буддизм «большой колесницы» (Махаяна) и «малой колесницы» (Хинаяна), а также буддизм «алмазного пути» (Ваджраяна). Также большое значение приобрёл дзен-буддизм и учение адвайты. Тибетский буддизм гораздо больше отличается от основных ветвей, чем другие школы, и некоторые считают именно его единственно верным путём.

Однако в наше время довольно сложно сказать, какая из множества школ действительно наиболее приближена к изначальному учению Будды о дхарме, потому что, к примеру, в современной Корее появились ещё более новые подходы к трактовке буддизма, и, разумеется, каждый из них претендует на право истинности.

Школы Махаяны и Хинаяны опираются главным образом на Палийский канон, а в Махаяне к ним добавляют ещё и Махаянские сутры. Но мы должны всегда помнить о том, что сам Будда Шакьямуни ничего не записывал и передавал свои знания исключительно устным путём, а иногда и просто через «благородное молчание». Лишь гораздо позже ученики Будды стали записывать эти знания, таким образом они дошли до нас в виде канона на языке пали и махаянских сутр.

Во-вторых, из-за патологической тяги человека к поклонению были возведены храмы, школы, центры по изучению буддизма и т. д., что естественным образом лишает буддизм его первозданной чистоты, и с каждым разом нововведения и новообразования снова и снова отдаляют нас от основополагающих концепций. Людям, очевидно, гораздо больше по душе концепция не отсечения ненужного с целью видения «того, что есть», а, наоборот, наделения того, что уже есть, новыми качествами, приукрашиванием, что лишь уводит от изначальной истинности к новым трактовкам, неоправданным увлечениям ритуальностью и, как следствие, к забвению истоков под грузом внешнего декора.

Эта участь не только одного буддизма, а, скорее, общая тенденция, которая свойственна людям: вместо того, чтобы понять простоту, мы отягощаем её всё новыми и новыми умозаключениями, в то время как нужно было делать обратное и избавляться от них. Об этом и говорил Будда, об этом и его учение, и конечная цель буддизма как раз в том и состоит, чтобы человек осознал себя, своё Я, пустоту и недуальность сущего, чтобы в конце концов понять, что даже «Я» в действительности не существует, а оно есть не что иное, как конструкция разума.

В этом и состоит суть понятия шуньяты (пустоты). Для того чтобы человеку было проще осознать «оглушительную простоту» буддистского учения, Будда Шакьямуни учил о том, как правильно выполнять медитацию. Обычный ум получает доступ к знаниям через процесс логического дискурса, точнее, он рассуждает и делает выводы, таким образом приходя к новым знаниям. Но насколько они новы, можно понять из самих предпосылок их появления. Такое знание никогда не может быть действительно новым, если человек пришёл к нему логическим путём из пункта А в пункт Б. Видно, что он использовал отправные и проходящие точки для того, чтобы прийти к «новому» выводу.

Обычное мышление не видит в этом препятствий, в целом, это общепринятый метод получения знаний. Однако не единственный, не самый верный и далеко не самый эффективный. Откровения, посредством которых были получены знания Вед, — это другой и принципиально отличный способ доступа к знаниям, когда сами знания открывают себя человеку.

Особенности буддизма кратко: медитация и 4 вида пустоты

Мы провели параллель между двумя противоположными способами доступа к знаниям не случайно, т. к. медитация — это и есть тот метод, который позволяет со временем получать знания непосредственным образом в виде откровений, прямого видения и знания, что принципиально не возможно сделать, пользуясь так называемыми научными методами.

Конечно, Будда не дал бы медитацию для того, чтобы человек научился расслабляться. Расслабление — это одно из условий для входа в состояние медитации, поэтому говорить о том, что сама медитация содействует расслаблению, было бы ошибочно, но именно так часто представляют медитационный процесс людям несведущим, новичкам, отчего складывается неверное первое впечатление, с которым люди и продолжают жить.

Медитация — это тот ключ, который раскрывает перед человеком величие пустоты, той самой шуньяты, о которой мы говорили выше. Медитация — это центральная составляющая учения буддизма, потому что только через неё мы можем познать пустоту. Опять же, речь идёт о философских концепциях, а не о физико-пространственных характеристиках.

Медитация в широком смысле слова, в том числе медитация-размышление, также приносит свои плоды, потому что человек уже в процессе медитационного размышления понимает, что жизнь и всё сущее обусловлено, — это и есть первая пустота, санскрита шуньята — пустота обусловленного, что означает, что в обусловленном отсутствуют качества необусловленного: счастье, постоянство (вне зависимости от продолжительности) и истинность.

Вторая пустота, асанскрита шуньята, или пустота необусловленного, также может стать понятной благодаря медитации-размышлению. Пустота необусловленного свободна от всего обусловленного. Благодаря асанскрите шуньяте, нам становится доступно видение — видение вещей такими, какие они есть на самом деле. Они перестают быть вещами, и мы наблюдаем лишь их дхармы (в этом значении дхарма понимается как некий поток, не в общепринятом смысле слова «дхарма»). Однако и здесь путь не заканчивается, потому что Махаяна считает, что и сами дхармы есть некая вещественность, поэтому и в них нужно найти пустоту.

Отсюда мы приходим к третьему виду пустоты — Махашуньяте. В ней, а также в следующем виде пустоты шуньяте шуньяты, кроется отличие буддизма традиции Махаяны от Хинаяны. В двух предыдущих видах пустоты мы всё ещё признаем двойственность всего сущего, дуальность (это то, на чём основана наша цивилизация, противоборство двух начал — плохого и хорошего, злого и доброго, малого и великого и т. д.). Но в этом и коренится заблуждение, т. к. нужно освободиться и от принятия различий между обусловленностью и необусловленностью бытия, и даже больше — нужно прийти к тому, чтобы понять, что пустота и непустота — лишь ещё одно порождение ума.

Это умозрительные концепции. Конечно, они помогают нам лучше разобраться в концепции буддизма, но, чем дольше мы цепляемся за дуальную природу сущего, тем дальше мы находимся от истины. В этом случае под истиной опять же понимается не некая идея, потому что и она была бы вещественной и принадлежала, как и любая другая идея, к миру обусловленного, а следовательно, не могла бы быть истинной. Под истиной следует понимать ту самую пустоту махашуньяты, которая приближает нас к истинному видению. Видение не судит, не разделяет, поэтому его и называют видением, в этом его принципиальное отличие и преимущество перед мышлением, потому что видение даёт возможность увидеть то, что есть.

Но и сама махашуньята — это ещё одна концепция, а следовательно, не может быть полнейшей пустотой, поэтому четвёртой пустотой, или шуньятой, называется свобода от каких бы то ни было концепций. Свобода от размышлений, но чистое видение. Свобода от самих теорий. Только свободный от теорий ум способен увидеть истину, пустоту пустоты, великую тишину.

В этом величие буддизма как философии и его недосягаемость по сравнению с другими концепциями. Буддизм велик тем, что он ничего не пытается доказать или в чём-то убедить. В нём нет авторитетов. Если же вам скажут, что есть, — не верьте. Бодхисаттвы приходят не для того, чтобы вам что-то навязать. Всегда помните изречение Будды о том, что если вы встретите Будду, убейте Будду. Нужно открыться пустоте, услышать тишину — в этом правда буддизма. Его апелляция — исключительно к личному опыту, открытию для себя видения сути вещей, а впоследствии и их пустоты: в этом заключена кратко концепция буддизма.

Мудрость буддизма и учение о «Четырех благородных истинах»

Здесь мы сознательно не стали упоминать о «Четырёх благородных истинах», которые повествуют о дуккхе, страдании, — одном из краеугольных камней учения Будды. Если вы научитесь наблюдать за собой и за миром, вы и сами придёте к этому выводу, а также к тому, каким образом можно избавиться от страдания, — тем же самым, каким вы его обнаружили: нужно продолжать наблюдать, видеть вещи без «соскальзывания» в суждение. Только тогда их можно увидеть такими, какие они есть. Невероятная по своей простоте философская концепция буддизма между тем доступна своей практической применимостью в жизни. Она не выдвигает условий и не раздаёт обещаний.

Учение о колесе сансары и реинкарнациях также не является сутью этой философии. Объяснение процесса перерождения — это, пожалуй, как раз то, что делает её применимой для использования в качестве религии. Этим она объясняет, почему человек появляется в нашем мире раз за разом, также это действует в качестве примирения человека с действительностью, с той жизнью и воплощением, которое он проживает в этот момент. Но это лишь объяснение, уже данное нам.

Жемчужина мудрости в философии буддизма заключена именно в способности и возможности человека увидеть то, что есть, и проникнуть за завесу тайны, в пустоту, без какого бы то ни было вмешательства со стороны, при отсутствии посредника. Это именно то, что делает буддизм гораздо более религиозным философским учением, чем все другие теистические религии, т. к. буддизм предоставляет человеку возможность найти то, что есть, а не то, что нужно или кто-то предписал искать. В нём нет цели, а следовательно, он даёт шанс для настоящего поиска или, правильнее сказать, для видения, открытия, потому что, как бы парадоксально это ни звучало, но нельзя найти того, к чему стремишься, что ищешь, чего ожидаешь, т. к. искомое становится всего лишь целью, а она запланирована. По-настоящему найти можно лишь то, чего не ждёшь и не ищешь, — только тогда это и становится настоящим открытием.

www.oum.ru

Буддийская этика — Википедия

Буддийская этика - этическое учение буддизма. Будда и его учение оказали огромное влияние на духовную жизнь Востока.

В основании буддийской этики лежит учение о карме. Карма – общеиндийское понятие, и не является исключительно буддийским концептом. Само слово карма переводится с санскрита как «дело», «действие». Истоки этого понятия можно найти уже в Упанишадах:

«Человек становится добрым от доброго деяния и злым от злого»[1].

Будда учил, что любое действие (под действием в буддизме понимается не только физический акт, но также любое слово и мысль) несет цепь последствий, энергетический заряд, который так или иначе должен быть проявлен. Сумма действий, совершенных в жизни, приносит плод: карма определяет, как саму необходимость следующего рождения, так и его характер. Карма может быть благой или неблагой, то есть ведущей к хорошим или дурным формам рождения. Главные основания неблагой кармы – это три порока: алчность (лобха), ненависть (двеша) и невежество (моха)[2]. При этом карма не действует автоматически, а «созревает» (випака): она приносит свой плод не сразу, а при благоприятных обстоятельствах.

В других дхармических религиях также разработаны учения о карме. Будда отрицает и брахманистский, теистический подход к карме, и кармический детерминизм джайнов. Буддизм учит, что не все в человек определяется кармой. Карму несут только те поступки, которые совершаются намеренно: важно не столько действие, сколько его мотивы[3].

Отличительной характеристикой кармы в буддизме является ее исключительно этический и нетеистический характер. Как точно замечает Е.А. Торчинов:

«закон кармы является перенесением представления о всеобщности причинно-следственных отношений в области этики, морали и психологии»[4].

Но нужно заметить, что Будда придает обычной морали (шила) весьма ограниченный характер, поскольку его учение ориентировано на преодоление кармы; в связи с этим добродетельным действиям и намерениям (кушала) предпочитаются нейтральные (авьяката).

Триратна («три жемчужины» буддизма) составляет главные ценности буддизма, своеобразный символ веры, на котором базируется этика. Триратна включает себя Будду, Дхарму и Сангху. До тех пор, пока формула трех драгоценностей не будет замещена в сознании изначальным переживанием ее истинности, пониманием, дополненным собственным прошлыми и настоящими интуициями, монах не обретет Просветление. При пострижении монахи обязаны были произнести обет верности этим трем драгоценностям:

«Уповаю на Просветленного как на прибежище, уповаю на Закон как прибежище, уповаю на общину как на прибежище. О Благодатный, прими нас под свою защиту отныне и до кончины»[5].

Дхарма – главный этический термин буддизма. Само понятие имеет множество значений. Исследователи выделяют три главных:

1. Закон Вселенной, открытый Буддой, высшая истина, которая достигается в процессе медитации и пробуждения

2. Его Учение, как вторая драгоценность Триратны

3. Мельчайшая частица потока сознания; индивидуализированные атомарные события, составляющие опыт живых существ и создающие процесс существования. Буддисты разложили всю психофизиологическую жизнь человека на простейшие прерывные импульсы сознания – дхармо-частицы. Всё, включая самих индивидов, представляет собой потоки дхарм, которые сложно взаимодействуют: их элементы входят в состав причинных комплексов, обусловливающих возникновение и существование друг друга.

«Дхармы обусловлены разумом, их лучшая часть – разум, из разума они сотворены. Если кто-нибудь говорит или делает с нечистым разумом, то за ним следует несчастье, как колесо за следом везущего»[6].

Если человек ведет нравственную жизнь, избавленную от страстей, следует учению Будды, в его сознании преобладают благие дхармы: он избавлен от страданий и потенциально может достичь нирваны.

Четыре благородные истины составляют сущность буддийского учения. Эти истины Будда провозгласил в своей первой проповеди близ города Варанаси (Бенаресская проповедь). Они являются фундаментом как для онтологии, так и для этической доктрины буддизма. Первая истина, истина о страдании, гласит, что все уровни и формы существования, включая божественный, пронизаны страданием. Страдание есть фундаментальная характеристика бытия как такового. В чем же причина страдания? Об этом говорит вторая истина. Страдания коренится в трех видах желания: жажде страсти, жажде бытия, жажде небытия[7]. Все эти желания, намерения являются двигателями кармы, источником новых и новых рождений. Третья истина о прекращении причины страдания. Буддолог Торчинов сравнивает эту истину с благоприятным прогнозом:

«Как врач, сообщающий больному благоприятный прогноз, Будда утверждает, что несмотря на то что страдание пронизывает все уровни сансарического существования, тем не менее существует состояние, в котором страдания больше нет, и что это состояние достижимо. Это и есть нирвана»[8].

О том, как достичь нирваны говорит четвертая благородная истина.

Цель буддизма – выйти из круга сансарического существования, прекратить череду рождения. Буддийская этика ценна не сама по себе (как например, кантовский императив), а лишь постольку, поскольку способствует очищению кармы и достижению нирваны. Будда сам призывал не верить ему на слово, но эмпирически проверить его учение. Его этика носит утилитарный, практический характер. Наряду с йогическими и ментальными практиками этика, нравственность является частью восьмеричного пути, ведущим к спасению.

Весь восьмеричный путь делится на три больших этапа: этап мудрости (праджня), этап нравственности (шила), сосредоточения (самадхи). В контексте буддийской этики нас интересует второй этап, состоящий из четырех ступеней

II. Этап нравственности

  1. Правильная речь.
  2. Правильное поведение. Буддист принимает обязанность следовать пяти заповедям (о них ниже).
  3. Правильный образ жизни. Буддист должен воздерживаться от занятия любой формой деятельности, несовместимой с правильным поведением.
  4. Правильное усердие. Усердие подразумевает занятие буддийской йогой, особым видом психопрактики.

Не все последователи буддизма могли отказаться от социальных привязанностей и вступить в сангху. Для духовного развития Будда рекомендовал мирянам соблюдать пять заповедей:

  1. Блюсти целомудрие
  2. Не убивать
  3. Не красть
  4. Не лгать
  5. Не принимать опьяняющих напитков или одурманивающих веществ

В своих этических проповедях буддисты не столько запрещали, сколько предлагали. Особенный упор делался на проповеди четырех совершенных состояний:

  1. Любовь (майтри)
  2. Сострадание (каруна)
  3. Радость (мудита)
  4. Невозмутимость (упекша)

Десять зловредных деяний и пять беспределов[11][править | править код]

Чтобы избежать низких рождений, верующий должен избегать следующих видов зла:

  1. Убийство
  2. Воровство
  3. Неправильное поведение в половых отношениях
  4. Лжесловие
  5. Клевета
  6. Оскорбление
  7. Болтовня
  8. Алчность
  9. Ненависть
  10. Лжевоззрение

Самые же страшные преступления, наказание за которые – рождения в низких кругах ада, являются пять беспределов:

  1. Убийство матери
  2. Убийство отца
  3. Убийство архата (святого, достойного нирваны)
  4. Пролитие крови Татхагаты (эпитет Будды) со злым умыслом
  5. Причинение раскола сангхе

Особенности этики различных направлений буддизма[править | править код]

Тхеравада[править | править код]

Тхеравада является сугубо монашеской формой буддизма. Строго говоря, в рамках этой традиции только монахи и могут считаться буддистами в собственном смысле этого слова. Лишь монахи могут обрести нирвану. На долю мирян остается только улучшение своей кармы через совершение добрых дел и накопление заслуг, обретенных благодаря поддержке и содержанию сангхи. Но если миряне могут ограничиться лишь исполнением пяти заповедей, то для монахов разработано множество уставов, регламентирующих их деятельность.

Архат (санскр. достойный, уважаемый, знаменитый) – религиозный идеал тхеравады, цель устремления монашества. Архатство – высшая степень святости, после достижения которой уже не будет новых рождений. Архат – это «будда после будды».

Махаяна[править | править код]

Религиозным идеалом для «большой колесницы», является не архат, а бодхисаттва. Двумя главными и определяющими качествами бодхисаттвы становятся мудрость (праджня) и сострадание (каруна). В чем же отличие бодхисаттвы от архата? Бодхисаттва – это архат, который из сострадания ко всем живым существам не уходит в нирвану, а вновь и вновь перерождается, неся на себе бремя Дхармы. Таким образом, сострадание становится главной ценностью махаяны. Но сострадательная миссия бодхисаттв не есть мирской альтруизм или благотворительность. Ее цель сугубо религиозна и сотериологична — освобождение страдающих существ от уз циклического существования чередующихся рождений-смертей со всеми его муками и скорбями

Вместе с тем, Бодхисаттва может нарушить любые нравственные предписания, если «видение» и искусность в средства обращении подскажут ему, что так он надежнее переправит другие существа через океан сансары. Торчинов приводит фрагмент, отражающий парадоксальность этики махаяны:

«Два великих монаха-йогина плыли из Индии на Ланку и везли с собой много золота на строительство на Ланке буддийской ступы. Об этом прознала команда корабля и решила убить монахов, чтобы завладеть золотом. Монахи благодаря своим телепатическим способностям узнали об этом и решили защищаться. Они рассудили так: если эти матросы убьют монахов — бодхисаттв, они совершат ужасный поступок, из-за которого они наверняка попадут в ад авичи, а население Ланки останется без ступы, которая тоже нужна для его совершенствования. Поэтому монахи и их сопровождающие первыми напали на матросов, повязали их и бросили в море. Побудительным мотивом такого, казалось бы, жестокого поступка было сострадание как к самим матросам (чтобы спасти их от адских мук), так и к жителям Ланки, которые могли остаться без буддийской святыни»[12].

Особую роль в махаяне приобретает концепция парамит. Слово «парамита» означает «совершенство», но в традиции оно обычно истолковывается в духе народной этимологии как «переход на другой берег»; таким образом, в буддизме парамиты осмысляются как трансцендентные совершенства, или «совершенства, переводящие на другой берег существования». К парамитам относят:

  1. Щедрость (дана)
  2. Нравственное поведение в целом (шила)
  3. Терпение (кшанти)
  4. Усердие-стойкость (вирья)
  5. Медитативная практик (дхьяна)
  6. Мудрость (праджня)
  7. Искусность в средствах обращении живых существ (упа каушалья)
  8. Верность обету (пранидхана)
  9. Могущество (бала)
  10. Истинное знание (джняна)[13]

Ваджраяна[править | править код]

Ваджраяна утверждает, что главное преимущество ее метода — его чрезвычайная эффективность, «мгновенность», позволяющая человеку стать Буддой в течение одной жизни, а не трех неизмеримых (асанкхея) мировых циклов — кальп. Конечная цель в Ваджраяне та же, что и в Махаяне – стать спасение всех живых существ от бесконечной череды рождений и смерти. Однако методы, используемые Ваджраяной для достижения просветления, значительно отличались от методов Махаяны и Тхеравады:

«Махаяна (да и Хинаяна) прежде всего работали с сознанием, с тем тонким и поверхностным слоем психики, который характерен именно для человека и тесно связан с типом цивилизационного развития того или иного общества и его уровнем. И только постепенно просветляющее воздействие методов Махаяны затрагивает более глубокие слои и пласты психики, очищая и преобразуя их. Иное дело Ваджраяна. Она прямо сразу начинала работать с темными пучинами бессознательного того «тихого омута», в котором «черти водятся», используя его безумные сюрреалистические образы и архетипы для быстрого выкорчевывания самих корней аффектов: страстей, влечений (порой патологических), привязанностей, – всего того, что могло и не осознаваться самим практикующим, бомбардируя, однако, его сознание «изнутри». Затем только наступала очередь сознания, преображающего вслед за очищением темных глубин подсознательного»[14].

Ряд исследователей подчеркивает непривязанность «Алмазной колесницы» к нравственным запретам, стремление встать над оппозицией добра и зла[15]. Мы привыкли, что буддизм Хинаяны не видит разницы между женщиной и мужчиной, для Ваджраяны же человеческая сексуальность является одним из способов достижения состояния Будды. В сексуальной йоге тантр оргазм должен был переживаться максимально интенсивно, используясь в психопрактических целях для остановки концептуального мышления, ментального конструирования (викальпа), избавления от субъектно-объектной двойственности и перехода на уровень переживания абсолютного блаженства нирваны[16]. Нужно подчеркнуть, что подобные практики несовместимы с монашескими уставами, о чем прямо писали крупнейшие авторитеты тибетской традиции, которые, однако, никак не осуждали мирян, практиковавших сексуальную йогу[17].

  1. ↑ Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. С. 183.
  2. ↑ Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. С. 183.
  3. ↑ Философия буддизма: энциклопедия / отв. ред. М. Т. Степанянц; Ин-т философии РАН. — М.: Вост. лит., 2011. С. 363.
  4. ↑ Торчинов Е. А. Философия буддизма Махаяны. — СПб.: «Петербургское Востоковедение», 2002 С. 39.
  5. ↑ Философия буддизма: энциклопедия / отв. ред. М. Т. Степанянц; Ин-т философии РАН. — М.: Вост. лит., 2011. С. 695.
  6. ↑ ДХАММАПАДА // Режим доступа: http://psylib.org.ua/books/dhammap/txt01.htm
  7. ↑ Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. С. 152.
  8. ↑ Торчинов Е. А. Философия буддизма Махаяны. — СПб. «Петербургское Востоковедение», 2002. С. 44.
  9. ↑ Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. С. 191.
  10. ↑ Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. С. 192.
  11. ↑ Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. С. 196-197.
  12. ↑ Торчинов Е. А. Философия буддизма Махаяны. — СПб. «Петербургское Востоковедение», 2002. С. 90.
  13. ↑ Философия буддизма: энциклопедия / отв. ред. М.Т. Степанянц; Ин-т философии РАН. — М.: Вост. лит., 2011. С. 528.
  14. ↑ Торчинов Е. А. Введение в буддологию. Курс лекций. — СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2000. С. 84.
  15. ↑ Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. С. 330.
  16. ↑ Торчинов Е. А. Введение в буддологию. Курс лекций. — СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2000. С. 85.
  17. ↑ Торчинов Е. А. Введение в буддологию. Курс лекций. — СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2000. С. 86.
  • Андросов В. П. Будда Шакьямуни и индийский буддизм. Современное истолкование древних текстов. — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 2001. – 508 с.
  • ДХАММАПАДА // Режим доступа: http://psylib.org.ua/books/dhammap/txt01.htm
  • Торчинов Е. А. Введение в буддологию. Курс лекций. — СПб.: Санкт-Петербургское философское общество, 2000. — 304 с.
  • Торчинов Е. А. Философия буддизма Махаяны. — СПб. «Петербургское Востоковедение», 2002. – 320 с.
  • Философия буддизма: энциклопедия / отв. ред. М.Т. Степанянц ; Ин-т философии РАН. — М.: Вост. лит., 2011. – 1045 с

ru.wikipedia.org


Смотрите также